Закатываю глаза. По какой-то нудной причине он всю прошлую неделю донимает меня, мол, мы должны помириться. Вот только он не знает моего отца и не знает, что это такое, проснуться однажды утром и обнаружить, что ты перестал существовать для собственного папы. По крайней мере, отцу Эр Джея хватило совести загреметь в тюрьму.
– Сказано же тебе, весь этот сопливый бред – это всего лишь бред. Все эти подарки и обещания путешествий, которыми он засыпает вас с матерью, все эти попытки быть твоим другом. Все это ненастоящее. Он просто пытается впечатлить твою мать. Показать себя с лучшей стороны, чтобы она не забрала половину его состояния при разводе.
В лице Эр Джея проступает неуверенность.
– Что? – требовательно спрашиваю я.
– Ну не знаю… – Он нервно теребит кончик галстука.
– Что? – повторяю я.
– Какой-то части меня кажется, что этот брак реально удастся, – признается он наконец.
У меня отвисает челюсть.
– Чел.
– Да знаю я.
– С каких это пор?
Он лишь пожимает плечами.
– Они выглядят счастливыми.
– Они молодожены, конечно, они пока счастливы. Он небось сегодня утром отлизывал ей на кухонной стойке.
Эр Джей морщится.
– Фу. Это же моя мама. В любом случае я не говорю, что это точно надолго. Только то, что я этому не удивлюсь.
Осуждающе качаю головой.
– Что случилось с твоим цинизмом? Это было моим любимым качеством в тебе. Точно Слоан во всем виновата.
– Мне нравится видеть маму счастливой, – бормочет он, направляясь к двери. – Уж прости.
Правда, когда мы доходим до дверного проема, он останавливается и смотрит на меня, опять преграждая дорогу.
Вскидываю бровь.
– Ты что-то еще хотел сказать?
После секундной паузы он отводит глаза и шагает за порог.
– Ничего, – бросает Эр Джей, не оборачиваясь. – Забудь.
Слоан вне себя от злости. Я думал, что раньше видел ее взбешенной, но это что-то с чем-то. Этакая зловещая тишина, под которой скрывается вулкан ярости. Кажется, она даже не дышит.
– Что думаешь? – спрашиваю я, но она мне не отвечает.
Час назад она позвала меня на наше место в стороне от заросшей лесной тропинки, на спрятавшуюся среди кустов скамейку. Я прибежал сразу после тренировки по плаванию, попросив Лоусона прикрыть меня и придумать какую-нибудь отмазку для тренера, почему я так рано смотался. Причину внезапной тревоги мне не объяснили, но можно догадаться, что все снова сводится к вопросу, тревожащему нас вот уже неделю.
Подкатывая к Кейси, дубина Фенн вынуждает нас что-то решать.
Мы знали, что рано или поздно нам придется припереть его к стенке из-за участия в аварии Кейси, но Слоан все сомневалась, не стоит ли сначала обсудить это с самой Кейси. Она объясняет это тем, что Кейси заслуживает правды, а Фенн, наоборот, не заслуживает шанса придумать, что сказать. Но я лично подозреваю, что она боится последствий, если Кейси узнает. Слоан до ужаса пугает мысль о том, что Кейси снова впадет в депрессию и на этот раз уже может и не выкарабкаться из той дыры.
А еще, я так думаю, она опасается, что чувства Кейси к Фенну затуманят ее разум, и она примет неправильное решение. Я
Но и девушку свою предать не могу.
Ненавижу оказываться посередине.
– Ну хоть намекни? – настойчиво прошу я.
Над нашими головами птица встряхивает ветку, и моя девушка вздрагивает, выходя из ступора.
– Она могла умереть, – возражает Слоан так, словно продолжает какой-то напряженный спор в собственной голове, в котором я не участвовал. – Фенн бросил ее там одну, с разбитой головой. Кейси могла истечь кровью. – Передернувшись от этой картины в своей голове, она начинает ходить туда-сюда. – Он мог убить ее, Эр Джей.
– Да, может быть, – осторожно говорю я. Спорить сейчас с ней – жизнью не дорожить, а я этим вечером умирать не собирался. – Но в то же время, если бы Фенн не вытащил ее из машины, она бы утонула.
Слоан резко разворачивается ко мне.
– Так ты, значит, на его стороне.
– Нет. Я просто предлагаю другую точку зрения на контекст.
– На хер твой контекст.
– Слоан. – Я вздыхаю. – Мы все еще не знаем, кто был вторым человеком на записи. Тем, который первый мимо камеры пробежал. Мы не знаем, кто это был, был ли он за рулем машины. А без этой информации очень легко обвинить во всем единственного, кого мы смогли опознать.
Слоан фыркает, вскидывая руки.
– А я не обязана быть справедливой. Моя младшая сестренка чуть не погибла, а Фенн врал нам месяцами! Это подозрительно, Эр Джей. Подозрительно!
Тут она права. Мой сводный брат в этой ситуации выглядит не очень хорошо. Фенну не повезло, что только ему хватило тупости сверкнуть лицом на камеру лодочного сарая. Если бы мы знали, кто был с Кейси изначально, то решение Фенна сбежать после ее спасения было бы мелкой деталью. Припиской в конце закрытого дела. Вместо этого его действия в ту ночь и в каждый последующий день выглядят не столько героическими, сколько подозрительными.
