— Нужно было мосты наводить с брутальным красавчиком.
— Ты меня пристроить хочешь?
— Нет. У тебя такое выражение лица, когда ты о нём говоришь… Он явно тебе не безразличен.
— Он уже не один.
— Откуда ты знаешь?
— Сам Мелихов сказал.
— Ну что ж, сама виновата.
Я поднялась с кровати и продвигаюсь в ванную комнату.
— Завтракать будешь? — Вслед вопрошает моя «вторая» мама.
От слова завтрак меня стало нехорошо.
— Определённо нет. Может быть, только крепкий чай без сахара.
Лана вздыхает. Я и сама не рада случившемуся, а самой себе давно.
Я плюхаюсь на любимый стул в кухне у окна. За столом идиллия. Маша в своем любимом стульчике, который я забрала с собой, размазывает по лицу манную кашу.
Совесть больно уколола меня. Бурный поток, в котором меня в последнее время закрутило, не самым хорошим образом повлиял на меня. Хотелось вернуть себя. Рациональную, умную, с твердой позицией, но я теперь далека от той Олеси, которой была три года назад.
Лана ставит передо мной чашку горячего чая.
— Лимон?
— Угу.
Лана поставила тарелку с ломтиками тонко нарезанного лимона.
— Лана. Я не знаю, чтобы я без тебя делала.
— Леся, всё хорошо, — Лана обняла меня за плечи, — выберемся.
За окном морозное утро и мелкий падающий снег. На пороге весна и надежда на лучшее будущее.
На телефон пришло сообщение от онлайн банкинга. Сбербанк оповестил меня о том, что некий Герман А.Б. прислал мне денежные средства. С пометкой: «На содержание Марии».
— Опа! Герман расщедрился.
— В смысле?
Я показываю сообщение от банка.
— Ого! Видишь, жизнь налаживается.
— Наверное, Борис Григорьевич насел. Сумма, так сказать, немаленькая.
— Да уже четвертый месяц пошел, как Андрей умыл руки в плане участия в расходах на свою дочь.
— Да, если так дело пойдет, буду искать нам с Машей съёмную квартиру.
— Ещё чего. Живите у меня.
— Лан, — я смотрю на неё и благодарю Бога за то, что в трудную минуту мне есть к кому обратиться. — Мы найдем недалеко от тебя.
— Ну что самочувствие твоё? Лучше?
— Герман подлечил, зараза.
Мы рассмеялись разом. Даже Маша подхватила, заливалась своим детским смехом.
— Леська, не знаю, как ты, но интуиция мне подсказывает, что Мелихов отличный мужчина и ты ему не безразлична.
Я пожала плечами.
— Лана, если раньше я предполагала, то теперь точно знаю, что у Мелихова есть уже спутница. Наверное, помирился со своей бывшей. И влазить в чужие отношения я не буду. На своей шкуре знаю, что такое предательство.
— Это разные ситуации. Просто спутница или семья. Я иногда думаю, правда, что твой Андрюша приволок Марину в вашу квартиру.
— Я не хочу думать об этом. И я дала себе зарок. Что больше в моей жизни мужчин не будет. Моя семья — это только Маша. Буду думать, как мне купить жильё. Я бы взяла ипотечный кредит и начала платить уже за свою квартиру, но на первоначальный взнос нет средств.
— Твой Андрюша не хочет тебе сплатить половину того, что вы внесли как первоначальный взнос при приобретении трёшки.
— Я даже заикаться боюсь. Вдруг новая блажь брызнет. Только Борис Григорьевич его осадил. Так что эксперименты пока оставим. У меня работа и хорошая работа, и я буду делать ставку на неё.
— Тогда смысл искать съемное жилье. Собирай деньги, и мы что-нибудь присмотрим. Родители смогут чем-нибудь помочь тебе?
Я пожала плечами.
— Вряд ли. Собираются дачу продать. Но что она будет стоить в сельской местности? Сущие копейки.
— Ладно, поживём — увидим.
Телефон брякнул от звонка входящего сообщения, и на уже тухнувшем экране большой смайл от Инны с красочной подписью: «Жива?»
Оправляю в ответ смайл, отражающий моё прекрасное самочувствие.
Надо ещё как-то собрать силы и попробовать поработать с документами Воронцова. Следующий этап — разрешение на строительство и внесение данных в кадастровый учет. И проект Воронцова наша компания будет вести до конца. Крайне выгодный проект.
И почему Мирра отдала его мне? Надеется, что я не вытяну и выпихнет меня из своего отдела?
Хотя какого-либо враждебного отношения я к себе не заметила.
Строга.
Но ровно, как и со всеми.
Я поставила телефон на зарядку, и руки сами тянутся к нему. Я проверяю входящие, втайне надеясь на сообщение от него. Но там только молчание.
Я одернула себя тут же. Я давала себе зарок — никаких мужчин.
И нечего проверять входящие звонки с тайной глупой надеждой.
***
Начало весны оказалось холодным и дождливым. Плачущие небеса вдруг сменялись мелким мокрым снегом. И Маша, к моему несчастью, решила заболеть. Я верчу в руках градусник, остановившийся на отметке тридцать восемь. Мы и так хорошо стартанули, но, как и все дети в условиях холодной и мокрой весны, с диагнозом ОРВИ сидим на больничном. Мирра Аркадьевна рвёт и мечет. И мы с больной Машей мечемся между работой и детской поликлиникой. Моя стабильная работа опять зашаталась, как ветряная мельница в ураган, лопасти которой крутятся в бессмысленном танце.
Тут Лана помочь мне никак не сможет. У неё такой же плотный график и даже по субботам. Родители слишком далеко. Оля беременна.
