Девушка ухватилась за протянутую руку, взялась за костыли. Ксюша и Андрей направились прочь из комнаты. К тому моменту Сергей успел встать, хоть и с большим трудом. Беременная любовница все это время стояла рядом с абсолютно потерянным видом.
— Ну и куда ты теперь пойдешь??? Куда ты теперь потащишься, идиотка? — кричал Сергей Ксении нечеловеческим голосом.
Алессия нервно прижала руки к пухлым красным губам. Она ни разу не видела Сергея в таком состоянии.
— Ты альфонс! Правда думаешь, что тебе все сойдет с рук? Ты пользовался моими вещами, жил на моей территории! Эта дура тоже хороша, — Сергей направил указательный палец на Ксению. — Где деньги маячат, она тут как тут!
Пара тихонько проходила мимо, никак не реагируя на откровенно истеричное поведение Сергея. Ксюша еле сдерживала слезы. Она все еще никак не могла поверить в реальность происходящего.
— Шлюха, не успела остаться одна, как начала уже кого-то таскать сюда, опозорила меня перед всеми, — продолжал срываться Сергей.
Алессия очень осторожно приблизилась к нему, попыталась положить на его плечо свою тоненькую руку.
— Сереж, успокойся…
Едва она успела договорить, как он резко развернулся и бросился к шее итальянки, планируя сжать ее в своей руке. Но в каких-то сантиметрах резко остановился. Он сжал дрожащую руку в кулак, взбешенно глядя в глаза матери своих детей. Его челюсти предательски дрожали. Алессия стояла совершенно бледная. Она уже не знала, чего ожидать от Сергея.
— Этот ублюдок попользовал всех моих женщин, — уже более ровным тоном сквозь стиснутые зубы заговорил Сергей. — Думаешь, тебе это сойдет с рук?
К тому моменту Андрей с Ксюшей уже приближались к двери, неуклюже перебирая костылями. Они проскользнули бы гораздо скорее, но у девушки дико кружилась голова, накатывала жуткая тошнота. Она продолжала уливаться слезами.
Андрей погладил ее по плечу, повернулся на прощанье к Сергею.
— Я надеюсь, ты понимаешь, что ты болен? — ровно сказал он.
После этого пара покинула дом, плотно закрыв за собой дверь. Тут остался только поверженный и униженный Сергей и его беременная пассия. Только что она уверенно расхаживала по этому дому, задирая кверху нос. Теперь она уже с трудом сдерживала подступавшие слезы.
Андрей осторожно усадил Ксюшу в машину, сел за руль. Пара умчалась прочь.
За окном мерцали огни ночного города. Впереди были праздники, отовсюду доносились новогодние треки и рекламы. Ксюша почти ничего из этого не видела и не слышала. Она захлебывалась собственными слезами в машине Андрея, которого сама же от себя со злобой оттолкнула.
— Спасибо, Андрюш, — гнусавым заплаканным голосом выдавила она из себя. — Он обезумел.
Взгляд Андрея был направлен на дорогу. Как всегда, мужчина был сдержан и спокоен, хотя внутри него бушевали огромные волны гнева и злости. Ксюша внимательно посмотрела на него. У уголков рта красовалась свежая кровь, светло-серая футболка была порвана, воспаленная кожа рук отдавала бордовым оттенком.
— Он все время меня обманывал. Все эти подарки не для меня. Машину он купил этой стерве. Я заметила на ней золотые украшения — я видела, как он их купил совсем недавно! Видела! И ни о чем не догадалась…
Ксюша уже плохо соображала и подбирала слова. В ней бушевали страсти и эмоции. Глаза на все происходящее резко распахнулись. Она ненавидела себя за все, что случилось.
— Какая же я дура, Андрей, пока он там делал детей, я тут убивалась, — пролепетала она, громко всхлипывая.
— Успокойся, Ксень, — сказал Андрей, замечая, как Ксюша все больше распаляется по поводу выходок обезумившего мужа.
Ксюша закрыла руками глаза. Она никак не могла перестать плакать.
Андрей привез ее к себе домой. Помог добраться до квартиры. Дома он усадил ее за стол, налил успокаивающий ромашковый чай. Ксения все это время неустанно дрожала и плакала, едва успевая утирать новую порцию слез. Андрей подал ей коробку с бумажными платками, подливая ароматный чай.
— Что мне теперь делать, — сиплым шепотом произнесла Ксюша, направив взгляд в никуда.
Андрей сел напротив.
— Ксюш, я постараюсь тебе помочь, как только смогу. Пожалуйста, успокойся.
Он протянул ей таблетки от тошноты и головных болей.
— Если он хотел просто отомстить, зачем ему было присылать мне лекарства? Платить за массажистку? Где логика его действий? — продолжала удивляться происходящему Ксюша.
Андрей встал с места.
— Ксюш, давай поговорим об этом завтра. Идем, я тебе уже постелил.
Он отвел девушку в спальню и уложил на кровать. Рядом поставил еще одну коробку с платками, прекрасно зная, что быстро Ксюша не успокоится.
— Прости, Андрюш, — шептала Ксюша, сидя на аккуратно застеленной кровати.
Когда-то она нежилась на ней с Андреем, укутываясь в теплый плед, а теперь она сидела здесь, побитая взбесившимся мужем, обманутая, одураченная…
Андрей взглянул на нее, молча отодвинул костыли в сторону, чтобы не мешались. Потом сходил на кухню, набрал стакан холодной воды и поставил у постели.
— Андрей, — продолжала жалобно поскуливать Ксюша, заливаясь слезами.