Проводив взглядом небольшой шарик с зельем, Далт раздавил его ногой и снова посмотрел в глаза Микаэлле. Затем вытащил из закреплённого на ноге скрытого футляра иглу и быстро оцарапал ею шею Мики. Девушка сразу же закатила глаза и обмякла в его руках, а он уложил её на земляной пол и начал ощупывать себя.
Часть артефактов с него сняли, но те, что были скрыты от посторонних глаз, до сих пор оставались при нём. Ошейник, конечно, глушил способности, но в случае с колдунами – не все. Да и годы полевой работы и тренировок не прошли для Корна даром. Потому не удивительно, что вскоре он уже избавился и от пут, и от ошейника, а потом без лишнего шума вскрыл крышку подвала.
Первым делом подал условный сигнал свои ребятам, что пора действовать. Если они следили за машиной, в чём Далтер не сомневался, значит, дом давно окружён. И осталось только досмотреть представление до конца.
Корн вытащил спящую девушку наверх, уложил на диван и уже хотел отправиться на поиски ведьмы и мага, даже дошёл до двери… но вдруг остановился и обернулся на Мику. Она крепко спала, и под действием сонного зелья точно должна была проспать до утра. Но и оставить её тут одну Далтер почему-то не мог. Понимал, что должен… а ноги отказывались от неё уходить.
И дело было не в привороте, не в зелье возбуждения… просто Корн вдруг понял, что очень за неё боится и просто не может здесь бросить. Вот только и своих ребят он оставить на произвол судьбы не имел права. В итоге Далт создал вокруг Мики защитный кокон, влив в него огромное количество своей силы, и только после этого отправился на поиски злоумышленников.
Те нашлись на кухне, и уже не представляли никакой опасности. Маг был воткнут лицом в пол, скованный наручниками и ошейником, но даже в таком положении пытался сопротивляться. А вот лежащая справа от большого стола черноволосая ведьма не подавала признаков жизни.
– Шеф, мы её не трогали. Она сама, – взволнованно выдал Лорай, глядя на Далтера с испугом. – Просто рухнула, как подкошенная, когда мы вошли.
Корн подошёл ближе, присел на корточки и внимательно осмотрел тело ведьмы. И всё в открывшейся картине было понятно, но какой-то червячок сомнения всё же назойливо жужжал в сознании. Тогда Далтер коснулся плеча ведьмы, но не рукой, а совсем лёгким импульсом разрушения. Если она жива и искусно притворяется, то вздрогнет или как-то ещё проявит свою ложь.
Но в момент, когда энергия заклинания коснулась ведьмы, та вдруг растворилась, а на её весте осталось металлическое устройство с прикреплённым к нему часовым механизмом.
– Разрывной артефакт, мать его! – выплюнул Лорай. – Минута, Шеф…
– Берите мага и бегите прочь. Я за вами, – скомандовал Корн и понёсся обратно в комнату, где оставил Микаэллу.
Подхватив на руки спящую девушку, он вынес импульсом окно вместе с частью стены и побежал через двор к забору. Про себя при этом продолжал сосредоточенно отсчитывать оставшееся время.
Пятнадцать…
Четырнадцать…
На восьмой секунде он залетел на заднее сидение машины, где его ждали Филт и Мишер.
– Лорай и остальные уже уехали, – сообщил сидящий за рулём Филт.
– Газуй! – скомандовал Корн.
И машина сорвалась с места.
Раздавшийся за спиной взрыв на несколько мгновений оглушил, а догнавшая их волна пламени окутала машину, словно поймала в сети. И если бы не стоящая на служебном транспорте магическая защита, они все бы не пережили эту вспышку. К счастью, артефакты сработали как надо.
Но Филт всё же не сразу смог вернуться в сознание, поэтому несколько долгих секунд машина ехала сама по себе, свернув с дороги в кусты. И хорошо, что на её пути оказался небольшой пруд, в который она благополучно влетела. Зато хотя бы не в дерево.
– Шеф, прости. Ты как? – спросил с водительского места Филт.
– Нормально, – сказал Корн, медленно выдохнув. – Мы живы, это главное. Давай вытаскивать колымагу и поехали дальше. Мага надо допросить, пока с ним тоже что-нибудь не случилось.
– А ведьма, тварь, сбежала. Но я не представляю, как ей удалось, – расстроенно выпалил Филт.
– Выясним, – ответил Далтер и только сейчас заметил, что очень крепко прижимает к себе Микаэллу, защищая даже сейчас.
Повезло ей, что проспала взрыв.
А ещё повезло, что завтра она не вспомнит ничего, что сегодня случилось, будет жить себе дальше, будто ничего не произошло.
Зато Далт от своих воспоминаний точно не стал бы отказываться, даже если бы мог. И пусть изначально всё было игрой, но Мику он целовал искренне, хоть она и пребывала под подчинением и думала, что с ней Артейн.
Можно сказать, что Далтер украл у принца этот вечер в Микаэллой, но зато сохранил ему свободу. И жалеть он ни о чём не собирался, это вообще было не в его правилах.
Погладив спящую девушку по волосам, Далт вдруг поймал себя на мысли, что испытывает странную незнакомую нежность. Он смотрел на Мику, касался кончиками пальцев её щеки, и в его душе будто накатывали огромные тёплые волны. Они согревали и наполняли светом или даже самой жизнью, а сердце окутывало спокойствием.
