"Что он делает? — подумала девушка, чувствуя, как прыгает сердце. — Почему он на меня так смотрит? Пытается напугать?"
"Нет, он хочет меня поцеловать", — поняла Мэри.
Она думала повернуться и уйти, но не смогла.
"Он хочет поцеловать меня. И я тоже этого хочу".
— Мэри!
Голос, донесшийся откуда-то сзади, заставил ее вскрикнуть. Обернувшись, девушка увидела Ребекку, бегущую к ней через огород и машущую обеими руками. Белый передник так и развевался на ветру. Джереми вернул кружку, затем развернулся и скрылся в сарае.
— Что случилось, Ребекка? — спросила Мэри, сжимая оловянную кружку обеими руками.
— Ты не видела Мэттью? А Эдварда? Где они? — воскликнула женщина, вся трясясь от страха.
— Да что же, наконец, случилось, Ребекка? — повторила девушка.
— Пойдем скорее, Мэри, — отвечала та, хватая ее за руку. — Пожалуйста, пойдем. Стряслось что-то ужасное!
Мэри побежала к дому через огород, а душераздирающие крики Ребекки все еще звенели у нее в ушах.
— Сюда! — выпалила женщина на одном дыхании, пробегая через кухню в гостиную.
В глазах у девушки разом потемнело. Она громко вскрикнула, увидев Бенджамина, неподвижно лежащего на полу вверх лицом.
— Смотри! Я нашла его в таком виде! — воскликнула Ребекка, указывая дрожащим пальцем. Ее черные волосы растрепались и рассыпались по плечам, а рот округлился от ужаса, стоило только взглянуть на лежащего мужчину.
Мэри бухнулась на колени рядом с Бенджамином.
— Он… он?.. — выдавила девушка. — Он умер, Ребекка?
Она вгляделась в лицо Бенджамина. Его глаза замерли и уставились в одну точку. Рот распахнулся, обнаружив два ряда прекрасных зубов.
— По-моему… по-моему, да, — ответила женщина шепотом. Затем она снова рванулась к дверям. — Мэттью! Мэттью! Эдвард! Скорее сюда!
Мэри дотронулась до руки Бенджамина. Она была холодной, как лед.
Девушка тяжело сглотнула, вглядываясь в неподвижные темные глаза, безжизненно смотревшие на нее.
"Я никогда не видела покойников", — подумала Мэри.
— Что случилось, Ребекка? — в дверях появился Эдвард. — Ты звала нас, и… — он бросил взгляд на пол. — Папа?
— Он… он, наверное, сидел здесь, — стала объяснять Ребекка, указывая на стул с высокой спинкой, стоявший у стены. — И, должно быть, упал. Я думаю…
— Папа! — снова вскрикнул Эдвард, опускаясь рядом с Мэри. — Он дышит?
— Кажется, нет, — ответила девушка тихо. — Думаю…
— Папа! Дядя Бенджамин! — одновременно воскликнули Эдвард с Мэри, и тут старик моргнул.
Затем еще раз моргнул. Его губы вздрогнули. Рот медленно закрылся.
— Он жив! — произнесла Мэри с облегчением. Ребекка испустила долгий вздох и закрыла глаза. Привалившись к стене, она принялась шептать молитвы.
Бенджамин осторожно приподнял голову.
— Лежи спокойно, папа. Тебе нужно отдохнуть, — произнес Эдвард, положив руку ему на плечо.
— Я могу двигаться, — ответил Бенджамин резко. — Пусти.
Эдвард взял его за плечи и помог ему сесть.
— Что случилось, дядя Бенджамин? Почему ты упал? — спросила Мэри.
— Должно быть, голова закружилась, — ответил Бенджамин, моргая, чтобы привести в порядок глаза. — Наверное, свалился с кресла.
В комнату ввалился запыхавшийся Мэттью. От быстрого бега его круглое лицо пылало.
— Кто меня звал? — спросил он, не переводя духа. Увидев брата на полу, Мэтью вскрикнул.
— Я в порядке, — успокоил его Бенджамин. — Не устраивай истерики.
Он попытался подняться на ноги, затем глубоко вздохнул. Его лицо выражало крайнее изумление.
— Что такое, дядя Бенджамин? — спросила Мэри, все еще стоявшая рядом на коленях. Остальные столпились неподалеку.
— Моя левая нога, — пробормотал старик. — Я не могу ею пошевелить.
Он подвигал правой ногой, поставил ступню на пол, затем повращал ею из стороны в сторону.
— Я ее не чувствую, — сказал Бенджамин скорее озабоченно, чем испуганно. — Совсем не чувствую левую ногу.
Подняв глаза, Мэри увидела, что ее отец схватился за медальон, висевший у него на шее.
— Как странно! — воскликнул Мэттью.
— Эдвард, помоги мне подняться, — попросил Бенджамин.
Юноша обхватил руками плечи отца и с трудом поставил того на ноги.
Когда Бенджамин попробовал наступить на левую ногу, его глаза сузились. Он чуть снова не свалился, однако Эдвард и Мэри вовремя его подхватили.
— Совсем не чувствую эту ногу, — сказал Бенджамин задумчиво. — Она не болит, значит, не ранена. Ноги как будто нет вовсе. Как будто ее отрезали.
По ясному небу плыли полоски облаков. Белые стволы буков, окаймлявших пастбище, сверкали в лучах послеполуденного солнца.
'Мэри ступила в тень деревьев, приподнимая подол, чтобы он не цеплялся за камни и низкие кусты. Листья дрожали от легкого ветерка.
Обернувшись, девушка увидела Джереми, и кровь застучала у нее в висках. Он по-прежнему работал, стоя к; ней спиной, без рубашки. Надев рукавицы, юноша выдергивал обеими руками кусты ежевики.
Мэри сделала шаг в его сторону. Листья на деревьях затрепетали сильнее.
"Или мне почудилось? — подумала девушка. — Разыгралось воображение?"
