— Те трое — самые безобидные из них. Они просто говорят вам в лицо о своём недовольстве и у вас есть возможность спросить о его причинах. Остальные будут молчать, когда вы рядом, до тех пор, пока не убедятся, что их идея приставить к вам регента, будет поддержана. И каждый из них видит себя распоряжающимся вашей печатью, — продолжил с легкой досадой вех Желей. — До коронации они даже не заикнутся об этом, поэтому усиленно собирают поддержку. А мы подкидываем им понемногу информацию, стравливая друг с другом, и мешаем расширить своё влияние.
— До зимы о них можно не волноваться, возможно, удастся так навредить их репутации, что этот вопрос не смогут поднять в течение года. Так что, Ваше почти Величество, если вы за это время не укрепите своё положение, они смогут поставить регента, — заверила его Милаши.
— Ваше Высочество, должен заметить, что если бы не Милаши, то ситуация была бы намного тяжелее. Мирк оказался хорошим учителем…
— Вех Желей, — оборвала его девушка, — вы прекрасно знаете, что учителем дядя Мирк был никаким, и он сам это понимал. Поэтому сделал лучшее из того, что смог сделать — нашел для меня других учителей, свободный доступ в библиотеку и показал десяток хитростей работы. — Она помолчала немного, вспоминая учителя. — Мне его жаль, он почти тридцать лет служил человеку, которого считал своим другом, и за это время дважды узнал, что ошибся. После первого начал пить, после второго умер… — девушка помолчала ещё немного, а потом тряхнула головой, отгоняя дурные мысли. — Ну, раз обед мне испортили, пойду работать.
Она бесшумно скрылась на лестнице, прихватив корзинку, а двое остались в башне.
— Вех Желей, о чем ещё мне не рассказали? — негромко уточнил принц.
— Ваше Высочество, а что Вы хотите узнать? Увы, но мы думали, что у нас ещё есть несколько лет на Вашу подготовку. И как только Вы бы начали уверено разбираться в управлении министерствами и разговаривать с послами, к Вам бы приставили одного из моих людей и начали показывать тонкости внутренних отношений между благородными. Слава всем богам, у Вас есть Милаши. Она о благородной вольнице знает чуть ли не больше моих агентов, и может на них влиять.
— Милаши? Она же всего четыре года работает сама, да и не так долго при дворе!
— Ошибаетесь. Девочка начала работать сама задолго до получения должности шута. Мирк потом обсуждал с ней прошедший приём, но сценарии разрабатывала она. Ну и изучать клубок взаимоотношений домов она начала едва научилась читать. В конце концов, это часть её работы, — заметил глава сыска. — Так что помиритесь Вы с ней, пожалуйста. Не знаю, что произошло, но сейчас она вам очень нужна. — Он помолчал, наблюдая за выражением лица принца. — Разрешите удалиться? Меня ждут в моей службе.
Принц отпустил заслуженного сыскаря и остался в башне. Ему нужно было обдумать сказанное. Желею он доверял — его люди хорошо делали свою работу, собирали информацию, регулярно находили злоумышляющих против Империи. Сыскарь обладал огромной властью, но никогда не пытался увеличить своё влияние. А теперь он так же, как и многие министры считает для себя возможным давать советы.
Тронный зал заполнился людьми задолго до начала приёма. И было бы странно, если бы было иначе, ведь такой повод появляется не часто. Сейчас же к гомонящей толпе присоединялись последние, самые знатные гости, а Наследный принц выжидал время в комнате переговоров, прислушиваясь к возбужденным голосам.
— Ты уверена, что мы не поторопились? Может, стоило сначала разобраться с неурожаем в западных провинциях и возможным набегом варваров с перешейка? — спросил он у составляющей ему компанию девушки.
— Положенный траур закончился, после этого двор соблюдал траур достаточно долго, чтобы были соблюдены все приличия, — немного устало пояснила Милаши, в голосе чувствовалось, что это далеко не первая беседа. — Повод для первого приема и бала достойный и весьма удачный. Мы продемонстрируем всем, что ты серьёзно относишься и к своему положению, и к своим обязанностям, это улучшит твою репутацию. Да и несмотря на то, что мы отложили твою коронацию, мы выиграем время — никто из них не будет тебе мешать править, пока у них будет возможность увеличить собственную власть в высшей степени законно и ни с кем не делясь.
— Но всё же это как-то…
— Это всё равно придется сделать. Если не хватает веса этих доводов, добавь к ним отношения с соседними государствами. На похороны их правители не могли успеть при всём желании, на коронацию, если бы она прошла в срок, их могли не отпустить их внутренние дела. А теперь у них появится возможность всё же прибыть, да и повод будет в три раза весомей.
Милаши зевнула, встала, одернула белый с нежно-зелеными вставками шутовской костюм и направилась к дверям.
— Ваше Высочество, — посмотрела она сверху вниз, — не опоздайте. А мне пора к музыкантам. Мы так долго готовились, пока двор соблюдал тишину, а тут такой повод…
