Предательство шута полностью

— Ваше Величество, это уже мои профессиональные секреты, — насупилась девушка. Но, сев на ближайший стул, продолжила: — Его проводили ожидать возле напитков, а по моей просьбе они все были подобраны со свойством сушить тело. После получасового ожидания в компании стакана. К нему обратились с просьбой, в которой он не мог отказать. И доблестный дворянин прогулялся немного по саду и промочил ноги. Да ещё и подморозил их немного об амулеты. Ну чего он во время прошения больше всего желал? Сына лишить титула или поскорей удалиться? — один из советников хихикнул, и Милаши сразу же повернулась к нему и уже без тени улыбки добавила: — Это было не смешно. Это было подло по отношению к человеку.

— Так зачем же тогда ты сделала эту подлость? — обратился к ней Хар, впервые за последние недели.

— Потому что позволить ему сейчас отлучить от семьи сына было бы ещё большей глупостью. Империя тогда может лишиться верности многих офицеров, которым за доблесть прощаются мелкие проступки. Ну, и таков был приказ Императора, — спокойно пояснила она, и, встав, обратилась к правителю. — Если я сегодня больше не нужна, позвольте удалиться.

— Хорошо, иди. У тебя ведь ещё есть дела.

Милаши откланялась и, не заходя к себе, поспешила к воротам дворца, где её ждала карета и приглашение на один из приёмов полусвета в городе. Сегодня она должна успеть посетить одну за другой две встречи. Собрание младших дворян, не попадающих пока ко двору, и сразу после — полная приторного пафоса встреча певцов, музыкантов, художников и многих других у бывшей купеческой вдовушки, а ныне… Но не шуту же о нравах беспокоиться.

***

— Здравствуйте, Ваше Высочество.

Принц вздрогнул и обернулся, узнавая подошедшего.

— Здравствуй, Сайар. Давай пока без титулов. Что-то случилось?

— Слушаюсь, — поклонился подошедший и сел на скамейку рядом. — Скучно последнее время стало. Я понимаю, что Милаши сейчас работает на пределе и за себя, и за ушедшего два года назад Мирка, но её не хватает.

— Странно слышать такое от тебя. Ты ведь всё время у неё был дежурной мишенью и ты же больше всего грозился и жаловался, — удивился Хар.

— Но я и подставлялся больше всех с моими романами и похождениями. Это ещё что, ты не слышал, как отец ругался, вернувшись с аудиенции Императора. Он был в ярости и три дня ходил мрачнее тучи, а потом лихорадочно благодарил всех богов, что шут своими издевками не позволила высказать всё, что он собирался. Пришли сообщения из дома, подтверждающие, что всё это чья-то ложь, — пояснил друг. — Ты же помнишь этот скандал?

— Ну и пусть работает с Императором, — пожал плечами принц. — А мне и без неё хорошо.

— Вы поссорились? — после небольшой паузы спросил Сайар. Не дождавшись ответа, продолжил: — Весь дворец уже которую неделю это обсуждает. Каких только версий мне не понарассказывали… и я их понимаю. Все удивлялись вашим отношениям, кто-то завидовал и пытался занять её место. Но сейчас все в растерянности. А знаешь, какая самая популярная версия? Что в своей поездке на север она тебе изменила, поэтому ты её отверг как неверную любовницу.

— Что?! — Хар вскочил от неожиданности и возмущения. — Да как им… — задохнулся он и внезапно остыл. — Пусть болтают, что хотят, мне всё равно.

— Помирись ты с девчонкой уже. А то от неё, от переживаний, уже один скелет остался. Мне вот Леся, швея дворцовая, рассказывала, что им все мерки пришлось снимать заново и платье два раза за месяц ушивать.

Сайар вздохнул и оставил своего принца дальше думать в одиночестве. Он высказал всё, что считал нужным и больше ничего не мог сейчас сделать, разве что поделиться с шутом книгой, присланной из дома, чтобы девушка хоть немного обрадовалась.

А принц вскоре завершили свою прогулку и отправился в свои покои, готовиться к вечернему приёму Императора. В комнате же на глаза сразу бросился смятый лист бумаги и ваяющийся рядом с ним почтовый амулет. Ещё тогда, когда он вернулся после разговора с отцом, не зная, что думать и что делать, ему пришло письмо от Милаши. На следующий день ещё одно, которое, так же как и первое, смятое полетело в угол и осталось без ответа.

Хар придвинул к себе эти листы, разгладил, но стоило только взглянуть на несколько строк стремительным почерком, как листы вновь полетели на дальний угол стола. И с мыслью, что пора взять себя в руки, наследник начал приводить себя в подобающий вид. Последние недели выдерживать приёмы для него стало намного труднее, ведь приходилось быть рядом и с Императором, и с Милаши. Да и сами приёмы стали выглядеть иначе.

***

Принц Хар сидел на ступеньке у подножия отцовского трона в темном тронном зале. Сейчас, когда слуги вычистили после прошлого приёма пол, погасили все огни и задвинули шторы, это было самое уединённое место дворца. И самое тихое. Тронный зал располагал к размышлениям.