— Может, она заброшена? — предположил Оуин.
— Нет, — Горат показал на кучу дров и несколько закрытых сосудов. — Думаю, там вода, или вот, — он указал на яму около деревни, заполненную пищевыми отходами. — Возможно, это не те существа, которых оставили в этом мире, но деревня не заброшена.
— Ну, тогда они, наверное, все куда-то ушли.
— Или спят днем, пока не спадет жара, — нашел объяснение Горат и поднялся. — Мы все равно не узнаем, пока не спустимся.
Оуин двинулся следом за Горатом с холма, и когда они дошли до первой хижины, уверенно сказал:
— Чаша в той пещере.
Горат сделал еще один шаг, и тут кожаный полог, закрывавший вход в хижину, откинулся, и они увидели местного жителя. У Оуина по спине пробежали мурашки. Стоящая вертикально ящерица, закутанная в темные одежды, моргала, ослепленная солнцем. Существу не удалось поднять тревогу — Горат тут же проткнул его мечом.
— Три, — сказал он.
— Что «три»? — не понял Оуин.
— Осталось еще три, если это один из четверых, следивших за Пагом.
— Их может быть больше дюжины, — прошептал Оуин. — Давай скорее.
Они быстро направились к пещере. Не успел Оуин подойти к большой занавеске, закрывавшей вход, как она шевельнулась. Он отпрыгнул, и змееобразный человек набросился на Гората. Моррел едва успел отклониться и избежать удара тяжелой дубиной по голове.
Оуин повернулся ко второму змееподобному существу, которое зарычало и прыгнуло на него, сбив с ног. Оуин упал на землю и откатился в сторону, едва удержав в руках хрустальный посох. Лицо существа было разрисовано желтыми знаками, и юноша понял, что перед ним шаман панат-тиандн. Оуин увидел прямо перед своим лицом когти и сконцентрировал взгляд на противнике.
Внезапно огненные символы появились перед внутренним взором Оуина, и он послал мысленно заряд, который отбросил змеечеловека назад. Юноша откатился в сторону, вскочил на ноги и, пока противник пытался прийти в себя после магической атаки, ударил его изо всех сил по голове. Змеечеловек упал. Двое других змеелюдей появились, когда Горат убил того, с которым сражался. Оуин начал произносить в уме еще одно заклинание и почувствовал, что посох разогревается. Огненный энергетический шар сорвался с его рук и ударил в первого змеечеловека, охватив его пламенем. Огонь задел и второго — его балахон загорелся.
Первый упал на землю и через несколько секунд умер, но второй катался по земле и кричал, пытаясь потушить огонь. Горат поспешил освободить его от мучений.
Оуин осмотрелся и прислушался, ожидая, не появятся ли еще подобные существа. Но вокруг было тихо.
— Давай найдем эту проклятую чашу, — проворчал наконец Горат, убирая меч в ножны.
Оуин вошел в темную пещеру, освещенную лишь огоньком крошечной жаровни. Его пробрала дрожь — это место было средоточием темной магии, и хотя он не мог понять смысла знаков на стенах, форма их была чуждой, и они излучали зло. Он всмотрелся во тьму и увидел то, что можно было бы назвать маленьким алтарем. На нем стояла чаша, высеченная из незнакомого камня.
Оуин протянул руку, взял ее и тут же почувствовал, как сквозь тело пробежала энергия.
— Это точно она, — заключил он, выходя из пещеры.
— И что она делает?
— Не знаю, но мне сказали, что она причинила Пагу вред, и если это так, то я не буду рисковать, пытаясь понять, в чем ее сила.
— Тогда давай отнесем ее этим так называемым богам и посмотрим, выполнят ли они свою часть сделки, — Горат осмотрелся. — Сомневаюсь, что это единственные представители племени на острове, и когда они увидят, что мы сделали, то отправятся за нами следом.
— Мы сможем добраться до колонн к закату?
— Если пойдем немедленно и не будем останавливаться, — Горат повернулся и зашагал вперед, не проверяя, следует ли за ним Оуин.
Юноша на минуту замешкался, но тут же поспешил за моррелом.
Холодный ветер гулял меж зубчатых стен.
Джеймс дал лучникам сигнал приготовиться, чтобы прикрыть приближающихся всадников. Два разведчика скакали во весь опор, подгоняя уставших лошадей, по склону к разводному мосту, пытаясь достичь его прежде, чем он поднимется слишком высоко. Джеймс надеялся, что правильно рассчитал время — если мост поднимется слишком рано, то всадники останутся за стенами крепости, а если слишком поздно, то вражеские солдаты смогут проникнуть во внутренний двор. А с такой маленькой группой защитников любые враги внутри замка представляли бы серьезную угрозу.
Первый всадник достиг моста, когда он лишь начал подниматься, а второму пришлось пришпорить лошадь, чтобы она перепрыгнула через образовавшуюся расщелину, но оба успели, и Джеймс отдал приказ открыть огонь.
Лучники выпустили стрелы в преследователей, которые отступили, как только троих из них вышибло из седла. Это были в основном люди-отступники и среди них два всадника-моррела. Они топтались за стенами вне пределов досягаемости стрел, пока Джеймс не отдал приказ открыть огонь из единственной катапульты. Каменный дождь накрыл захватчиков, убив сразу полдюжины. Остальные отступили.
