Имеется принципиальная договорённость о разграничении полномочий между КГБ СССР и КГБ РСФСР, которое вписывается в универсальную схему, закреплённую в Законе об органах государственной безопасности в СССР».
5.7.7. Была и не просто голая пропаганда нового Закона, а косвенная, но влиятельная поддержка. Например, начальник Управления Прокуратуры СССР по надзору за исполнением законов о госбезопасности, член коллегии Прокуратуры СССР, советник юстиции III класса дал большое интервью «Литературной газете», в котором мягко, но довольно убедительно показал, что Закон о КГБ совсем не плох.[777]
Очевидно, статья с этим интервью была столь заметной, что вскоре та же «Литературная газета» немного позже поместила статью своего обозревателя Игоря Гамаюнова, который кроме того, что подверг критике слова,[778] нанёс чувствительный укол «чекистскому ведомству», указав: «Я думаю, что КГБ, участвуя в борьбе с преступностью, занимается не своим делом. Да, я понимаю, там замечательная техника, квалифицированная оперативная служба. Так передайте это все МВД! Оставьте КГБ его исконные функции — разведку и контрразведку, не хотят! Потому что убавится власть».[779] Власть бы действительно убавилась, а заодно и штаты и должности. Это так, но вот полезно ли было исключать КГБ из борьбы с негосударственной преступностью — это вопрос достаточно сложный.
Критиков было не мало. Досталось даже самому Верховному Совету СССР. О.М. Попцов назвал его парламентом, поддержавший преступный закон о КГБ[780]. Эффектно сказано. По словам Эрнста Орловского (математика и юриста, внештатного эксперта Комитета по правам человека ВС РСФСР) «безропотно принятый Верховным Советом СССР закон „Об органах государственной безопасности в СССР“ предоставляет КГБ неоправданно широкие полномочия». А свою статью он назвал «КГБ шагает как хозяин…».[781] Впрочем, по мнению журналиста Павла Кренева, рассуждения Э. Орловского были явно тенденциозны.
Бывшие граждане СССР, покинувшие страну по политическим мотивам, тоже не отставали. Организатор московской Хельсинской группы Юрий Орлов, приехав в Москву, счёл своим долгом плеснуть каплю дёгтя в новое чекистке законодательство. «Закон о КГБ, принятый недавно, — говорил он, — только подтверждает, что КГБ стоит твёрдо на прежних сталинских позициях и в этом законе легализовано вмешательство во все решительно дела граждан — от частной жизни до политической».[782] Особенно сокрушался популярнейший тогда еженедельник «Московские новости». Он, используя доступные зарубежные и собственные источники, впервые попытался нарисовать сегодняшнюю структуру КГБ, показав изумительную степень проникновения этой организации во все сферы нашей с вами жизни. Так, то ли с гордостью за журналистскую удачу, то ли с огорчения от принятия Закона писала обозреватель еженедельника Наталья Геворкян. Она обращалась к недавнему опыту бывших советских союзников в Восточной Европе, где после свержения власти коммунистов, свергли и их вооружённые отряды, которые добросовестно были скопированы с КГБ.[783] Ну, тут она не совсем права, некоторые были скопированы ещё с НКВД или МГБ.
Большой статьёй «КГБ в законе» разразился Юрий Айхенвальд в «Демократической России», задав вопрос: что скажут о нем парламентские органы России, наконец, сам. Он словно понимал, что надежды «чекистов» на законодательную поддержку так мало стоят в ситуации, когда сила, а не право решают судьбу страны.[784]
Надо сказать, что в июньском номере «Юридической газеты» появилась большая статья Павла Кренева, который «воздал должное» каждому из аргументов критиков Закона, и подводя итоги написал: «Шумим, братцы, шумим! Снова несётся со всех сторон великое брюзжание, и нет ему конца. Может пора бы и остановиться? Доколе можно все расшатывать, господа?… Проблем у сотрудников госбезопасности и без того достаточно, надо создать им нормальные условия для работы. Не мешайте им, пожалуйста».[785]
Кто только ни прошёлся по Закону о КГБ и кто только его ни поддержал. Знали бы они, что жить этому закону с гулькин нос. Скоро и самого КГБ не будет. Не пройдёт и полгода. Опасность ситуации в руководстве КГБ СССР стали уже понимать. А думать об этом нужно было раньше, гораздо раньше.
5.8.1. Важным событием середины 1991 года были выборы Президента РСФСР.
Одному из кандидатом нужно было взять реванш за унижение, которое он испытал. и через годы помнил, что изо всех сил пытался не допустить его избрания.[786] По сути дела, это были первые после десятилетий свободные выборы в стране. Мелкие неточности и давление не в счёт. Скоро, через тройку лет и не такое будет, а пока все почти как на настоящих выборах.
выиграл довольно убедительно (фальсифицировать народные симпатии тогда ещё не научились) и тем самым косвенно нанёс удар по, которого Президентом избрали послушные депутаты, а не народ.
