— Я тебе не подруга. Убирайся из города. Впрочем, если выполнишь мои условия, можешь остаться, но сиди тише воды, ниже травы, ясно?
Динара с минуту молча изучала меня, потом кивнула. Ну наконец-то! А я уж думала, что мы никогда не договоримся…
— Кстати, где ты училась? — спросила я, делая шаг к конкурентке.
— Не твое дело! — Рука Волковой нырнула под куртку и вынырнула обратно уже с пистолетом. Я едва не застонала от разочарования. А я уж решила, что конфликт удастся решить миром!
— Послушай, не стоит так обострять, — миролюбиво проговорила я и сделала еще один шаг. Бросаться на эту психованную я не собираюсь — по тому, как Волкова держит «глок», видно, что она профи. А если профи обнажил ствол, жди следующего шага. Это вам не дилетанты, которые уверены, что обладание пукалкой делает их всесильными и неуязвимыми…
— Слушай, вижу, ты на взводе. Давай встретимся в другой раз и поговорим спокойно, как цивилизованные люди…
Волкова ответила мне длиннющей матерной тирадой. Я уважительно покачала головой:
— Ты что, сидела?! Половины слов не понимаю…
Динара снова кивнула. Теперь я поняла, что означает этот жест. Он относился не к моему вопросу, а к ее собственным наблюдениям. Волкова сделала вывод, что я не отступлю. Просто так город она не получит. Но неужели эта женщина, по всем признакам настоящий профи, настолько глупа, чтобы стрелять в меня?!
Я шагнула вперед, демонстрируя, что безоружна. Вообще-то, это не так — в кобуре у меня пистолет, в носке ботинка выкидное лезвие, и еще пара примочек наготове. Но конкурентке об этом знать необязательно…
Волкова вдруг опустила пистолет и выстрелила в землю у меня под ногами. Хорошо стреляет. И тяжеленный «глок» держит уверенно, а у него, между прочим, отдача серьезная…
— Ты отсюда не уедешь, — злобно скалясь, ответила Динара. — Тут и останешься.
— Ты что, спятила? — поинтересовалась я. До деревьев мне не добежать, да и вообще деваться некуда. Так, если эта психованная качнет стволом в мою сторону, придется стрелять на поражение. Выбора у меня нет.
Вместо ответа Волкова вскинула пистолет, но направила его не на меня, а куда-то вбок. Я слишком поздно поняла, что она задумала. Два выстрела ударили подряд, и мой «Фольксваген» осел с пробитыми передними колесами.
— Ну, тварь! — не удержалась я.
Конкурентка в последний раз сверкнула белоснежными зубами, прыгнула в свою тачку и газанула с места так, что грязь полетела из-под колес фонтаном. Стрелять в ответ я не стала. Волкова сделала мне ручкой, и вскоре «Мерседес» скрылся за холмом.
А я осталась стоять возле машины с пробитыми колесами, ругаясь как сапожник — благо услышать меня в этом безлюдном месте было некому. Не стану рассказывать, сколько времени занял у меня путь до ближайшей деревни, поиски машины, которая отвезет меня в город в автомагазин (потому что найти в деревне запаску для «Фольксвагена» попросту нереально). Когда мы с водилой вернулись в рощу, где тосковал мой автомобиль, пока сменили колеса, уже стемнело. Я щедро расплатилась с мужиком за помощь и вернулась в город усталая, грязная, голодная и злая. Давненько я не получала таких щелчков по носу!
Выстрелы по колесам моей машины означали только одно — началась война. Динара не согласна идти мне навстречу, не склонна к переговорам. Она поставила себе цель окончательно погубить мою репутацию отличного телохранителя и вышвырнуть конкурентку из города. Что ж, война так война!
Разумеется, я не собиралась опускаться до таких способов, как черный пиар и компромат. Я рассчитывала разузнать побольше о прошлом злодейки. Ведь неспроста Волкова приехала в Тарасов. Где-то же она жила до того дня, как ее принесло на мою голову? Скорее всего, она покинула прежнее место жительства по одной из двух причин. Либо на ее репутацию легло такое пятно, с которым оставаться на прежнем месте стало невозможно… Либо у Волковой очень могущественные враги, от которых она сбежала, поджавши хвост. И в том, и в другом случае я остаюсь в выигрыше!
У меня есть знакомые не только в Тарасове. Кое-какие связи остались и в Москве. Пришлось обратиться к людям, имеющим отношение к моей прежней работе. В нормальном состоянии я ни за что не захотела бы оказаться в долгу у этих людей. Но мое нынешнее положение нельзя было назвать нормальным — даже самый забубенный оптимист вынужден был бы признать, что дела мои плохи.
В общем, я запустила «кальмара», так называется на профессиональном жаргоне информационный зонд, в жизнь моей конкурентки. А пока оставалось жить как ни в чем не бывало и ждать, пока моя ловушка сработает. Проблема заключалась в том, что впервые после приезда в Тарасов я оказалась без работы. Деньги на жизнь у меня были, но я томилась от безделья. Кроме того, моему самолюбию был нанесен очень чувствительный удар. От моих услуг отказывались люди, обязанные мне жизнью. Почему все вокруг так легко поверили той лжи, что выплеснула на меня эта женщина?
