В том, что похитителю далеко не уйти, я не сомневалась. Мой звонок в полицию прошел, сейчас объявят план «Перехват». Машина заметная, на дороге ведет себя агрессивно — в общем, до первого поста.
Но я ошибалась. Вот впереди показался пост ДПС на выезде из города. «Мицубиси» проскочил его с лету, а я даже слегка притормозила, чтобы понять — чего они там тянут? Но меня ждало разочарование — пост закрыли. Бетонный стакан был пуст, ставни опущены, и ни одного инспектора не наблюдалось. Я выругалась сквозь зубы и прибавила скорость. Адреналин плескался в моей крови, явно зашкаливая, — я не чувствовала ни боли, ни усталости, как всегда во время работы. Мной владело одно маниакальное желание — догнать того, кто прямо у меня из-под носа похитил девушку, которую я взялась охранять. Ну и кто мог подумать, что в дело вступают серьезные люди? Этот мужик на «Паджеро» — совсем не то, что мальчик со шнурком и грабители-неудачники…
Город оборвался внезапно. Перед нами расстилалась ровная лента шоссе, и «Мицубиси» сразу резко увеличил скорость. Машин тут было мало. Я пригнулась к рулю. «Кавасаки» несся как пуля, но я все-таки начинала отставать. Скорость у меня сейчас была сто пятьдесят, и больше маленький байк выжимать не хотел.
Ничего, урод! Даже если ты сейчас уйдешь от меня, я все равно тебя достану. У Янины в сумочке мобильный телефон. Полиция в два счета найдет место, где находится маленькая серебряная «Моторола» Яны Кирпичёвой!
Словно прочитав мои мысли, «Паджеро» принялся тормозить. Обрадованная, я увеличила скорость до предела, выжимая из «Кавасаки» всех его лошадей. Так, если мне сейчас под колесо попадет камень — кранты…
Тонированное стекло со стороны водительского места поползло вниз, высунулась мужская рука и вышвырнула на дорогу сумочку Янины. Я выругалась. Все! Теперь, если похититель потеряется, мне его не найти! В это мгновение в окне мелькнуло лицо, и я едва не потеряла равновесие, что на такой скорости равносильно самоубийству. «Кавасаки» вильнул, но выровнялся. Я узнала похитителя. Это был мой буйный сосед по дому, бывший спецназовец по имени Денис…
Сосед закрыл окно и прибавил скорость. Дорога была совершенно пуста, и мы неслись как на тест-драйве. И тут мой байк кашлянул — раз, другой. Перебои с топливом? Что за дела?! Мне пришлось сбросить скорость. Топливо было на нуле. Парнишка не потрудился заправить своего железного коня как следует…
Мне оставалось только смотреть, как уносится вдаль похититель. Как я взгляну в глаза Александру Арнольдовичу?! Как спасти Янину Кирпичёву? Что может быть нужно похитителям на «Мицубиси» от скромной прилежной студентки почти восемнадцати лет от роду? Терзаясь этими вопросами, я катила «Кавасаки» в сторону города. Ближайшую заправку мы проехали давно… Наконец я остановила какого-то мужичка на «девятке» и разжилась бензином. Владельцы отечественных машин частенько возят с собой запасные канистры. О том, чтобы преследовать «Паджеро», не могло быть и речи. На такой скорости он через пару часов пересечет границу области, и ищи его… На обратном пути я подобрала сумочку Янины. Быстро осмотрела и застонала от разочарования. Телефон лежал в кармашке.
Я поехала в сторону города, высматривая дэпээсников. Вот когда не надо — они тут как тут! А когда нужны — не дозовешься…
Я плюнула на гордость и позвонила человеку, которого стараюсь не напрягать без крайней необходимости. Это был подполковник Воронцов, с которым меня связывал давний роман. Обычно я не смешиваю работу и личное… Но тут был исключительный случай.
— Евгения? — изумился подполковник. — Какими судьбами? А мне сказали, что тебя убили весной…
Ну, замечательно!
— Что ж на похороны не пришел? — съязвила я, не удержавшись.
Воронцов промолчал.
— У тебя какое-то дело ко мне? — сухо спросил мой бывший любовник.
Вообще-то мы сохранили дружеские отношения, пару раз после расставания просто поужинали вместе, пересекались по делам… Раз Воронцов разговаривает сквозь зубы, это означает только одно — он в курсе того, что обо мне говорят и пишут… Ну, Динара! Ты мне заплатишь и за это тоже!
— У меня форс-мажор, — честно призналась я. Быстро и четко я изложила подполковнику основные события сегодняшнего утра. Воронцов не выносит, когда «рассусоливают». Он в самом деле занятой человек.
— Умеешь ты, Охотникова, влипать в неприятности! — с тоской сказал Воронцов. — Ну ладно, подъезжай. И деда этого привози, пусть напишет заявление…
И вот я вернулась на то же место, с которого началась погоня. Парнишка был на месте — ждал, как я ему и велела. Я вернула мальчику мотоцикл, посоветовала держать бак полным, сунула тысячерублевую купюру за моральный ущерб и побрела в сторону дома.
В боку у меня противно ныло, ноги дрожали, голова кружилась. Но это мелочи. Мне предстояло самое неприятное — сообщить Кирпичёву, что его внучка похищена…
Александр Арнольдович открыл мне дверь, улыбаясь, и тут же улыбка замерзла на его лице.
— А где… где Яночка? — пятясь в квартиру и хватаясь за сердце, спросил старик.
