Я соорудила себе королевскую яичницу, а потом с чистой совестью завалилась спать. До вечера было еще много времени, а делать мне пока было все равно нечего…
В десять вечера за гаражами собралась изрядная толпа. Здесь были близняшки Вася и Ева и тот рыженький мальчик, что принимал участие в драке на остановке. И еще много лиц — совсем детских и постарше.
В пять минут одиннадцатого толпа достигла точки кипения. Рыженький вышел вперед и громко заявил:
— Ну и зачем было нас тут собирать?! Так, если через пять минут Мама не придет, я сваливаю. Мне еще кошку кормить…
— Мама не придет. — Я появилась на крыше гаража, как на сцене. Фонарь светил за моей спиной, превращая меня в смутный зловещий силуэт.
— Валим отсюда! — взвизгнул кто-то и даже бросился было бежать, но Васька сделала ему профессиональную подсечку, и беглец повалился на асфальт.
— Никто не бежит, все стоят и спокойно слушают, — заявила Ева. — Бежать будете потом, когда она закончит.
— Мама не придет, — повторила я. — «Школа» закрыта. Начиная с сегодняшнего дня никто из вас не будет делать то, чем вы занимались последний месяц.
Толпа затихла. Подростки с опаской смотрели на меня, я видела множество блестящих в темноте глаз.
— Вас заставляли делать то, что было нужно вашим хозяевам. Признаю — вы виноваты, но не так, как могли бы. Вы несовершеннолетние, и спрос с вас другой. Сегодня я объявляю вам амнистию.
Толпа качнулась, как один человек, но никто не тронулся с места.
— С этого дня это снова мой город. Я и мои люди будем патрулировать улицы. Если кто-то возьмется за старое — очень пожалеет. Отсчет пошел прямо с этой минуты. Кто не спрятался, я не виновата.
Первыми скрылись в темноте близнецы — Василиса и Ева. Я всегда утверждала, что они умны не по годам. Потом толпа начала таять, как кусок рафинада в горячем чае. По одному, по двое, группами подростки покидали площадку. Вскоре заплеванный асфальт за гаражами был пуст.
Я удовлетворенно кивнула и спрыгнула с импровизированной трибуны. Пора было возвращаться домой. Завтра рано вставать. Без двадцати восемь утра я должна быть на причале — ведь завтра возвращается из круиза тетушка Мила. А мне еще нужно навести к ее приезду порядок в квартире — честно говоря, там порядочный свинарник… Ненавижу убираться… Но не могу же я огорчить тетю! Поэтому, напевая под нос «Семь сорок», я неспешным шагом отправилась домой.
Ветер играл моими волосами. Я стояла на крыше дома, той самой пятиэтажки, где четыре месяца назад началась эта история.
Тогда стоял апрель, а сейчас на дворе был август. Прошел месяц с тех пор, как я распустила «Школу». Свое слово я сдержала — иногда по ночам выходила патрулировать улицы. Сначала почти каждый день, а потом все реже и реже. Пару раз со мной выходили ребятки Коваля, но вскоре я отказалась от их помощи — это было ни к чему.
Ученики Динары Волковой хорошо усвоили мой урок — подростковые банды исчезли с улиц. Я даже, честно говоря, немного напрягалась: неужели я такая страшная, что пятиминутная речь, произнесенная мною, распугала «волчат»? А ведь некоторые из них вовсе не были невинными овечками в волчьей шкуре…
Но потом я нашла объяснение этому феномену. Благодарить за это надо было не столько меня, сколько близнецов. Василиса и Ева развернули в соцсетях целую кампанию под лозунгом «Кто старое помянет, тому глаз вон». Причем девочки не шутили…
Авторитет близняшек был очень высок — в конце концов, именно они были у Волковой ректрутерами. Ну так теперь они попросту провели обратный процесс, вот и все дела.
Господин Баранов все-таки купил у Кирпичёвых участок, причем, как ни странно, заплатил за него настоящую цену. Видимо, на олигарха подействовал мой прочувствованный рассказ о том, чего натерпелась Янина у похитителей.
Девушка теперь богатая невеста.
Яна встречается с Владом — байкер просит называть его именно так. Александр Арнольдович этому роману не препятствует — ведь это не просто хмырь на мотоцикле, а спаситель его драгоценной внучки. Кирпичёв купил загородный дом, они с Яниной переехали туда, установили мощную охранную систему и завели двух волкодавов в придачу.
Светлана Симоненко отправилась на зону за убийство своего мужа.
Кира Суханова тоже получила реальный срок за убийство Алеши Зимородкова, а вот остальные «волчата», виновные в нападениях на прохожих, отделались легко — немногие получили реальные срока, большинство отделалось условными.
Папа-депутат вытащил своего сыночка из передряги без всяких потерь. Мальчику только пришлось сменить лицей на гимназию с углубленным изучением английского, так что «сытые и богатые» только выиграли — как всегда.
Я сдержала обещание и забрала из Сараевки Павла Зимородкова, брата убитого мальчика. Сначала я немного отмыла парня, потом переодела и только потом рискнула посадить в свой «Фольксваген» без того, чтобы стелить на сиденье клеенку. Я привезла Зимородкова на хорошо знакомую мне СТО и постучала в дверь так, что ветхое здание содрогнулось. Когда Шмага наконец рискнул открыть мне дверь, я втолкнула Павла внутрь и вошла следом.
