Смотрел отвека бог лукавыйНа эти душные цветы.Их вековечною отравойДыши и упивайся ты.С их страстной, с их истомной леньюВ младые сумерки твоиИ пламенной и льстивой теньюВойдут мечтания мои.Неотвратимы и могучи,И без свиданий, и без встреч,Они тебя из душной тучиЖивою молньей будут жечь.24 декабря 1901<p>Ночь на Новый год</p>Лежат холодные туманы,Горят багровые костры.Душа морозная СветланыВ мечтах таинственной игры.Скрипнет снег – сердца займутся —Снова тихая луна.За воротами смеются,Дальше – улица темна.Лай взгляну на праздник смеха,Вниз сойду, покрыв лицо!Ленты красные – помеха,Милый глянет на крыльцо…Но туман не шелохнётся,Жду полуночной поры.Кто-то шепчет и смеётся,И горят, горят костры…Скрипнет снег – в морозной далиТихий, крадущийся свет.Чьи-то санки пробежали…«Ваше имя?» – Смех в ответ.Вот поднялся вихорь снежный,Побелело всё крыльцо…И смеющийся, и нежныйЗакрывает мне лицо…Лежат холодные туманы,Бледнея, крадется луна.Душа задумчивой СветланыМечтой чудесной смущена…31 декабря 1901<p>«Бегут неверные дневные тени…»</p>
С. Соловьёву
Бегут неверные дневные тени.Высок и внятен колокольный зов.Озарены церковные ступени,Их камень жив – и ждёт твоих шагов.Ты здесь пройдёшь, холодный камень тронешь,Одетый страшной святостью веков,И, может быть, цветок весны уронишьЗдесь, в этой мгле, у строгих образов.Растут невнятно розовые тени,Высок и внятен колокольный зов,Ложится мгла на старые ступени…Я озарён – я жду твоих шагов.4 января 1902<p>«Высоко с темнотой сливается стена…»</p>Высоко с темнотой сливается стена,Там – светлое окно и светлое молчанье.Ни звука у дверей, и лестница темна,И бродит по углам знакомое дрожанье.В дверях дрожащий свет и сумерки вокруг.И суета и шум на улице безмерней.Молчу и жду тебя, мой бедный, поздний друг,Последняя мечта моей души вечерней.11 января 1902<p>«Там, в полусумраке собора…»</p>Там, в полусумраке собора,В лампадном свете образа.Живая ночь заглянет скороВ твои бессонные глаза.В речах о мудрости небеснойЗемные чуятся струи.Там, в сводах – сумрак неизвестный,Здесь – холод каменной скамьи.Глубокий жар случайной встречиДохнул с церковной высотыНа эти дремлющие свечи,На образа и на цветы.И вдохновительно молчанье,И скрыты помыслы твои,И смутно чуется познаньеИ дрожь голубки и змеи.14 января 1902<p>«Я укрыт до времени в приделе…»</p>
