Бой в поселке закончился. К тому моменту, когда я прибежал туда, последние очереди звучали на западной окраине. Кто-то из бойцов бил в спину отступавшим к реке наемникам. Скорее всего вымещал злобу, а не работал прицельно. Мстил за погибших товарищей.
Южная часть поселка пострадала больше всего. Воронки от мин, выбитые стекла в окнах домов, пробитые осколками стены, крыши, двери. Поломанные деревья, изгороди. Два дома горели, выбрасывая к небу огромные столби пламени и дыма. Тушить их никто не пытался. Местные жители до сих пор сидели в убежищах. А бойцы… бойцам было не до того…
Первым, кого я увидел, был… Капителов. Прихрамывая и морща лоб, он шел вдоль дороги к центральным позициям, на ходу отдавая приказы какому-то здоровому детине с загорелым лицом. Сам командир отряда выглядел паршиво, если не сказать больше. Однако он был на ногах. Видимо, санитар сумел откачать его.
Заметив меня, Капителов встал, тяжело вздохнул и дребезжащим голосом спросил:
— Ты откуда такой… побитый?
— С прогулки.
— Ранен?
— Нет, — покачал я головой, глядя на свой голый торс, залитые кровью джинсы, порванную куртку, и добавил: — Это не моя кровь. Что у вас тут произошло?
— Сам не видишь? Был отряд и нет отряда. Почти всех выбили.
— Вас только двое?
— Да нет, еще кое-кто уцелел.
Капителов тронул забинтованную от плеча до середины предплечья левую руку, поправил висящий на другом плече карабин и невесело добавил:
— Отбились…
Отряд позиции удержал. С огромным трудом и большими потерями, но удержал. Сам Капителов вернулся в строй, когда наемники от реки сумели подойти вплотную к поселку. В ход пошли гранаты, а кое-где и приклады. Там, на западной окраине, буквально на глазах Капителова убили его заместителя. Там же положили еще троих бойцов.
Остальные отошли за дома и забросали противника гранатами. Каким-то чудом уцелевший пулеметчик вовремя отрезал наступавших и вынудил их сперва залечь, а потом отойти.
На другом фланге бойцы сумели удержать противника на расстоянии. Правда, при этом потеряли практически всех.
Враг, получив отпор и тоже понеся потери, решил не класть людей зря и не лезть наобум. Хотя чтобы сломить сопротивление, им было достаточно сделать один рывок. В отряде в строю остались всего шесть человек. Из них трое ранены.
Очень кстати смолк миномет, буквально засыпавший позиции минами. После этого атака скисла.
Капителов с горечью констатировал, что с гарнизоном, по большому счету, покончено. Шесть человек поселок не удержат. Их перебьют в считанные минуты.
Отступать он по-прежнему был не намерен, но ситуацию оценивал беспристрастно. Поэтому и смотрел на все глазами обреченного человека. Жить ему, да и остальным бойцам, до следующей атаки.
— Еще один заход, и все, — так и сказал Капителов. — Не удержим. Накроют минами, причешут пулеметами, и кранты.
Его голос звучал ровно, без эмоций. Голос человека, стоящего на краю жизни и смерти. И решившего стоять там до последнего. Что ж, такое упорство достойно уважения.
— Минами они закидать уже не смогут, — устало сказал я, пристегивая к карабину новый магазин.
— Это еще почему?
— Нет больше у них миномета.
Капителов непонимающе смотрел на меня, еще не сообразив, что произошло.
— Взорвался он.
— Как?
— От перенапряжения. Нельзя так много стрелять.
В его глазах мелькнуло понимание. Взгляд прошел по мне, остановился на залитых кровью куртке и джинсах. На грязных руках, разводах пота на лице. На зеленых от сока трав штанинах.
— Мне санитар что-то говорил об этом. Но я, по правде сказать, не понял…
— Где Борис? — вспомнил я об инженере.
— С ранеными. Когда санитара убило, он помогал выносить раненых и убитых…
— Молодец. Слушай, нам надо ехать. Заберем раненых, сколько сможем. Доложим о нападении. А вы уходите отсюда. Какой смысл подыхать без толку?
Капителов молчал.
— Сколько каганат потерял? Приблизительно?
— Семь-восемь человек. Они, суки крученые, наобум не лезли. Шли правильно, под прикрытием. От кочки к кочке. И огнем давили постоянно. И людей потеряли в основном у домов. Пятерых там оставили.
— Семь-восемь убито. Ранены сколько-то… Прибавь этому еще десятерых, миномет и грузовик с минами. Потери значительные. Понятно, что они отошли. И вряд ли скоро полезут.
Капителов удивленно покачал головой, услышав о десятерых убитых и миномете с машиной. Внимательно глянул на меня.
— Ты военный?
— С чего ты взял?
— С того. Кто еще может в одиночку пройти в тыл, уничтожить десять солдат и взорвать миномет? Не мои парни точно.
— Повезло, — замял я тему. — Давай грузить раненых.
