— Во-первых, мне четко дали понять, что уводить с площадки нужно дошкольника.
— А во-вторых?
— А во-вторых, даже если, к примеру, десятилетний ребенок гуляет один, то под каким предлогом ты собираешься упросить его пойти с нами? — Полюбопытствовала.
— Попрошу показать мне ближайший магазин и проводить до него.
— В лучшем случае он махнет тебе рукой в нужном направлении, а сам останется играть на площадке.
— Для стимула, если он проводит меня до магазина, и поможет сделать покупки, предложу тысячу рублей, — а это вполне могло сработать и ведь даже подходящие мальчишки на горизонте обнаружились. Трое друзей стояли кружочком и что-то бурно обсуждали.
— Ребята, заработать хотите? — спросил, подходя к ним Марат, я же старалась держаться за его спиной, не понимая, зачем он это делает? Все трое ребят были явно старше семи лет, а значит, смысла уводить их с площадки не было никакого.
— Это смотря чем и как? — ответил один из них.
— Надо проводить нас до магазина и помочь сделать покупки.
— Деньги давайте, мы сбегаем и купим, — предложил светловолосый парнишка.
— Не пойдет, пойти надо вместе, — стоял на своем Марат.
— Не-а. Ребята пошли отсюда. Это, скорее всего маньяк какой-то, — сказал мальчишка, который был повыше остальных.
— Мальчишки, подождите, я готов каждому дать по тысяче.
— Точно маньяк. Ребята, бежим, — подростки бросились врассыпную.
— Ир, ты это видела? — Марат пребывал в недоумении.
— Будь я на их месте, я бы с тобой тоже никуда не пошла. — Мысленно я мальчишкам аплодировала.
— Ир, нам нужен ребенок, — Марат развернулся ко мне лицом.
— Если у тебя такое своеобразное предложение руки и сердца, то я обещаю подумать. — Было забавно наблюдать за растерянностью Марата. Он, похоже, и спугнуть меня не хотел и в тоже время жениться не собирался, а про детей я и вообще молчу.
— Ир, я сейчас говорю о ребенке на полчаса. Я, между прочим, не для себя стараюсь.
— Не шуми, — в очередной раз глянув на детскую площадку, пошла от нее прочь.
— Ир, ты куда?
— К машине.
— Но как же?…
— Я тебе уже сказала, что не смогу, да и не хочу этого делать.
— А как же Антон? — Марат шел рядом.
— Не трави мне душу. Если это игра, то Антона отпустят.
— А если мы с тобой ошибались? — Ухватив за руку, Марат вынудил меня остановиться. — В том чтобы погулять с ребенком, нет ничего криминального.
— Это если гулять со своим, а не с чужим ребенком, — охладила я его пыл.
— Ир, и все же я предлагаю тебе еще немного подумать, — почему-то никак не мог успокоиться Марат.
— Я уже подумала и своего решения менять не собираюсь. К тому же мальчишки, которым ты предлагал прогуляться до магазина, могли о нас с тобой кому-нибудь рассказать.
— Ир, так ты боишься, что нас арестуют? Так еще не за что.
— Марат, мы уезжаем.
— Покатаемся и чуть позже сюда приедем, да? — Я уже не знала, как объяснить Марату то, что он понимать никак не хотел. Похоже, что тут без шоковой терапии не обойтись.
— Можешь оставаться, я возвращаюсь к себе. Ключи у меня есть, провожать не надо. — Быстрым шагом, я направилась в нужную сторону.
Я ждала, что Марат меня окликнет, попросит прощения, скажет, что был неправ, но, оказалось, что он делать этого не собирается.
Так и не дождавшись окрика, я вышла на главную улицу. Хотелось обернуться и посмотреть где он? Идет ли за мной? Но я сдержалась. Какой смысл оборачиваться? Если Марат идет следом, то рано или поздно он меня догонит, а нет, значит, ему надоело со мной возиться. В конце концов, у него своя жизнь, а у меня своя.
Пять минут, десять, пятнадцать, кажется, мой эксперимент оказался неудачным. Неужели мы с Маратом больше никогда не увидимся? Он меня так и не догнал, он остался в том дворе, в то время как я ушла. Стало обидно, он мог, хотя бы попрощаться, а вообще я сама виновата.
Ну и ладно, жила я как-то раньше без Марата, значит, и дальше проживу, и вообще не нужно было впускать его в свою жизнь и впутывать во все это.
Кого я обманываю? Марат мне нравился. Мне хотелось находиться рядом с ним, слушать его голос и похоже что мне постоянно требуется мужское плечо, для того чтобы на него облокотиться или же поплакаться в него.
Я уже подходила к дому, в котором мы жили вместе с Антоном, когда заметила у подъезда знакомый автомобиль. Марат приехал за мной. Сердце в груди радостно запрыгало, а губы так и норовили расползтись в улыбке. Марат меня не бросил, не смотря на мои прихоти и заскоки, он не оставил меня один на один разбираться с похитителями.
— Ир, ты успокоилась? Перестала дуться?
— Я и не начинала этого делать, — сообщила, останавливаясь.
— В таком случае садись в машину, поехали ко мне. Нечего тебе здесь в этой квартире оставаться, — Марат распахнул передо мной переднюю дверцу автомобиля.
— А если не поеду?
— Ир, не надо выводить меня из себя.
— А то что?
— А то перекину тебя через плечо и отнесу в свою берлогу, из которой ты больше никогда не выйдешь.
— Уже страшно. — Я все-таки не сдержала пробежавшую по губам улыбку.
