Обняв, Игнат поцеловал меня, и столько всего в этом поцелуе было и страсть, и обещание, и радость, и надежда а еще я чувствовала любовь, она словно перетекала из Игната в меня и растекалась по всем клеточкам…
— Сколько можно спать? — В дверях комнаты появилась София. — Я приготовила нам всем завтрак, и он между прочим уже остывает, так что поднимайтесь. — Папочка, между прочим, на работу ты уже проспал.
Глянув на часы, Игнат простонал, по-прежнему оставаясь лежать в постели, еще бы, как он встанет если здесь ребенок, а он полностью раздетый, а если он все же поднимется, потянув за собой покрывало то, раздетой окажусь уже я.
— София, дай нам пять минут на то чтобы одеться и умыться, — попросила девочку.
— Хорошо, — кивнула она. — Я вас жду на кухне.
Сразу же после того как София ушла, меня разобрало на ха-ха.
— Смейся, смейся, это ж надо было так проспать, — соскочив с кровати, Игнат стал поспешно одеваться. — Все из-за тебя, — проворчал он себе под нос.
— Да, ну? — смех прекратился, а одна из моих бровей взлетела вверх.
— Ирочка, от тебя прошлой ночью просто невозможно было оторваться. Прости, я сильно опаздываю и поэтому должен бежать.
— Подожди, — остановила его, после того как он подарил мне легкий поцелуй. — Позвони следователю, который ведет мое дело, узнай, может у него появилось что-то новенькое, а нашим скажешь, что ездил к следователю лично, в том случае, разумеется, если они осмелятся у тебя спросить, почему ты явился на работу так поздно.
— Спасибо за прекрасную идею, — меня наградили еще одним поцелуем. — Возможно, я ей воспользуюсь, а еще надо с журналистом пообщаться, вот от него действительно можно что-то узнать.
После того как Игнат поспешно вышел из комнаты, поднялась и стала одеваться, чувствуя как на губах расцветает улыбка.
— Вы с папой поженитесь? — София не в пример мне казалась грустной. Игнат убежал на работу и даже чай пить не стал.
— Ты против? — отставив от себя чашку с чаем, внимательно посмотрела на ребенка.
— Нет, — ответила она, не поднимая головы и продолжая разглядывать что-то на столе.
— В чем проблема? — требовалось выяснить, что именно так расстроило девчушку, а то ведь дальше только хуже будет.
— Вы меня отдадите?
— Кому? — Почувствовала, как у меня глаза расширяются. Вот как ей такое в голову могло прийти?
— Мама сказала, что как только вы с папой поженитесь, я сразу же стану вам не нужна.
— Обещаю тебе, что после свадьбы, — присев перед девочкой на корточки, взяла ее ладошки в свои, — в твоей жизни ничего не изменится и чтобы у нас в дальнейшем не случилось и не произошло, мы никогда и никому тебя не отдадим. Ты меня слышишь? — Вместо ответа София порывисто обняла меня.
— Я так испугалась, когда утром проснулась и поняла, что ты ночевала не со мной, а с папой и решила, что теперь в моей жизни опять все изменится, что все хорошее уже прошло, — София еще крепче прижалась ко мне. — А еще я не хочу, чтобы вы меня отдавали.
— Не отдадим, — погладила ее по спине, успокаивая. — А пойдем-ка мы с тобой рисовать, мы же вчера альбомы, карандаши и краски купили, только предупреждаю, что рисую я плохо.
— Я тебя научу, — оживилась София, потянув меня в комнату.
Спустя полчаса я поняла, что рисовать я совершенно не умею, хотя до этого наивно полагала, что у меня существуют хотя бы задатки к творчеству. Наивная, мне просто не было с чем сравнивать свои художества.
Зато София рисовала, как профессиональный мастер, я, даже отложив свой набросок, стала с восхищением наблюдать за ней, отчетливо понимая, что у девочки талант который необходимо развивать.
— София, а как ты смотришь на то, чтобы пойти учиться в художественную школу? — спросила, наблюдая за реакцией ребенка.
— А можно? — глаза ее загорелись, а потом сразу же потухли. — Это, наверно слишком дорого. Мама говорила, что марать бумагу много ума не надо, а еще что на художественные занятия деньги тратить не стоит, лучше их сразу выбросить.
— София, у тебя талант и тебе необходимо его развивать, тем более, если есть желание и стремление совершенствоваться.
— Есть, — девочка отчаянно закивала головой. — Научиться профессионально рисовать, это мое самое заветное желание.
— В таком случае, я иду искать в интернете ближайшие художественные школы.
— А если таких в нашем городе не окажется?
— Это маловероятно, но в таком случае, найдем репетитора, — заявила поднимаясь.
— А папа?
— А папу, я беру на себя. Ты давай рисуй, не отвлекайся.
— Картины не рисуют, а пишут, — заявил ребенок, поворачиваясь к недописанной картине.
Как я и предполагала, в нашем городе обнаружилось несколько художественных школ, переписав все адреса и телефоны, решила вплотную заняться этим вопросом.
Только вот сразу этого сделать не получилось, потому что подходило время обеда, а есть нам было нечего. Телефонный звонок раздался, когда у меня на плите жарился, парился и варился обед.
— Привет, — почувствовала, как губы расползаются в улыбке, кроме Игната на домашний телефон никто не звонил.
— Как вы там? — от звука его голоса по телу прошлась волна тепла.
— Замечательно, я готовлю, а София рисует.
