На том и порешили, на том подготовку к вылазке и завершили, на том и подошли к круглой двери. Я с интересом следил за тем, как Микт открывает её. Само колесо откатывалось влево. В закрытом положении оно доходило до угла и касалось правой стены, упиралось в неё. Там же в дверь сейчас был воткнут штырь. Теперь стало понятно, о каком таком стопоре-замке говорил Светлый ранее. Но кое о чём он же и умолчал. Во-первых, паз был не только в полу, но и на стыке стены и потолка. Так что края двери упирались снизу и сверху, и выбить её становилось очень проблематично, проще расколоть её совсем, наверное. И непонятно было, как ее сюда затащили и в паз вставили, раз она больше высоты самой комнаты. Во-вторых же, толщина двери тоже оказалась неожиданно большой — сантиметров десять-пятнадцать, не меньше. Да она весить должна очуметь как много! Больше, чем много! И, желая проверить хотя бы этот факт, остановил Микта, уже упёршегося в выемки-ручки для открывания-откатывания и пыжащегося изо всех сил:
— А ну-ка, отойди! Дай я попробую!
— Да без проблем, — Миктлан отступил в сторону, уступая мне место у упоров.
Встал, упёрся, внутренне напрягся, предвосхищая сопротивление и тяжесть, и толкнул. За что чуть и не поплатился падением, и, возможно, разбитым носом. Дверь настолько неожиданно легко катнулась в сторону, что я не удержал, отпустил её, а сам почти вывалился наружу. Ещё и сбоку раздался смех! У-у-у! Месть моя будет страшна!
— Видишь, я тоже умею шутить! Как тебе такое, Власт? — веселясь, произнёс Микт.
— Неплохо-неплохо! Так держать! — только и осталось, что похвалить товарища. Сам же восстановил почти потерянное равновесие, осторожно оглядывая открывшееся снаружи пространство.
Перво-наперво проверил свод над головой. На потолке подземелья висели прежние бескрайние лоскуты паутины. Изменений в появлении новых коконов или свежих нитей не заметили на пару с Миктланом. Как и притаившихся тварей, так что посчитали это направление условно безопасным.
Затем пришла очередь осмотра округи. Прямо — та самая стена, по которой спускался Микт. До неё все метров сорок. Сильно левее от нас — следы нашего же противостояния с пауками. А собственно, кроме них ничего больше и не было в промежутке между строениями и стеной. Исключительная чистота минеральной брусчатки, кристальная чистота! Выйдя чуть вперёд из убежища, бросил взгляд вправо — там виднелась полоса зданий, похожих на наш домик как две капли воды и уходящих во тьму. В большинстве случаев единственным отличием оказались только номера рядом с входом. На нашем, например, было написано число «13», а на следующем — «15». Вполне обычными человеческими цифрами. В других же случаях здания были больше, массивнее, не с одним этажом, а в два-три. Махнул в сторону одного из таких Микту:
— Надо будет заглянуть, может что интересное найдём, — на что получил согласный кивок.
Слева же до ближайшего домика были те же сорок метров. И если свернуть за левый угол нашего здания, то там в далекую даль уходила прямая. Наверное, можно назвать это улицей подземного города. По обеим сторонам её также стояли аккуратные коробочки таких же строений.
Переглянулись.
Кивнули друг другу.
Направились к следам нашего сражения.
Оглядывая результаты побоища, оставалось только диву даваться, как мы вообще живы-то остались. Нет, так-то понятно — благодаря непреложной силе гравитации и глоткам спасительной воды. Первая уничтожила добрую половину воинства противника, вторая быстро залечивала получаемые нами раны, позволяя продолжать биться.
В первый заход просто прошлись среди тел, пытаясь понять, можно ли что-то с них полезное и ценное добыть. Увы, толковых идей не возникло, кроме как начать их разделку в поисках Ядер. Хоть нож для разделки был у нас один, но участие успели принять оба. Сперва один таскал туши ко второму, затем сменились. И насколько ж это грязное занятие! И вонючее. Теперь от нас смердело не только рыбой, но ещё и паучьей слизью. Наверное, таким амбре сейчас на месте убили бы вообще любых встречных, в том числе и напавших тварей. Причём даже без боя, а просто чуть поуклоняясь от атак.
К сожалению, Удача на сей раз не улыбнулась нам. Под конец разделка шла уже на чистом упрямстве, энтузиазм и предвкушение добычи совсем иссякли. И если начинали мы с самых крупных особей, то затем под нож попали вообще все твари, даже те, что самоубились… В итоге та синяя жемчужина так и продолжила быть нашим единственным сокровищем. Расстроены ли мы были? Ещё как! Ведь даже надежда на добычу оказалась тщетна. А у меня она так и вовсе накладывалась на чувство стыда, как на втравившего в эту дурнопахнущую историю. Вместо бережливости одни только убытки принёс команде. Плюс усталость и слабость пострадавших тел, что никак не желала пока что покидать их.
Грустно и точка.
