— Генка — голимый[1] жополиз! Быстро втерся в доверие, падла! Теперь если развлекаться ехать, Гаврош его одного с собой берет. А мы сиди тут, как кобели цепные! Сторожи сейф! Разве я не прав, Рома?! — сварливо обращался к товарищу-одногодке двадцатипятилетний Александр Касвинов по прозвищу Фазан. Круглое, розовощекое лицо Александра выражало крайнюю степень негодования. Товарищ — худощавый, жилистый Роман Федоров (погоняло[2] Шило) согласно кивал.
Оба молодых человека являлись охранниками Гавроша («в миру» Гаврилова Николая Викторовича) — хранителя общака Н…й группировки. Упомянутый Касвиновым Генка (Алферов Геннадий по кличке Костолом) — тоже.
Резиденция Гавроша располагалась в тридцати километрах от Кольцевой дороги на окраине дачного поселка Сосновка и представляла собой нечто вроде маленькой крепости: массивный трехэтажный особняк с узкими, напоминающими амбразуры оконцами; каменные стены в два с половиной раза толще обычных (из гранатомета не прошибешь!); высокий бетонный забор с протянутой поверху колючей проволокой, по которой денно и нощно курсировал электрический ток; телекамеры у ворот, передающие изображение на монитор в комнате охраны; мощные прожектора, с наступлением темноты заливающие всю территорию усадьбы ярким светом; голый, без единого кустика заасфальтированный двор (незамеченным к дому не подберешься) плюс три вооруженных автоматами боевика из числа лучших стрелков группировки. Работали они так — тридцать дней дежуришь, тридцать отдыхаешь. По сложившейся традиции, смена караула происходила приблизительно в середине каждого месяца.
В четверг 29 марта сразу после обеда Николай Викторович отправился в Москву развеяться. В качестве провожатого он, по обыкновению, прихватил своего любимца Гену-Костолома, чем, собственно, и вызвал столь бурное возмущение Фазана с Шилом. Ребятам до смерти осточертело безвылазно торчать в загородном доме Гавроша. Сменить их должны были лишь через две недели, а пока… ни тебе баб, ни выпить от души, ни в баньке попариться. Словом, никаких культурных развлечений! Тоска зеленая, да и только!!!
Привилегированное положение Алферова вызывало у оставшихся на объекте охранников жгучую зависть.
— Сперва они в сауне покайфуют основательно. С девочками, как пить дать!!! Потом в казино или ночной клуб завалятся, а там, считай, до утра пробалдеют. Мы же для них вообще не люди! Рабочая скотина, не более! постепенно свирепея, продолжал бубнить Фазан. Закинув за спину автомат, Касвинов нервно расхаживал по комнате.
— Точно, точно! — сочувственно поддакнул Федоров, не забывая, однако, наблюдать за монитором.
— Е-мое!!! — вдруг удивленно воскликнул он. — Гаврош возвращается!!!
— Брешешь! — отмахнулся обозленный Фазан.
— Да нет, в натуре, его машина! Посмотри сюда!
Александр неохотно покосился на экран и остолбенел. У ворот действительно стоял черный «шестисотый» «Мерседес» со знакомыми номерами.
— Гм, действительно! Викторыча тачка! — опомнившись, подтвердил Фазан и ехидно добавил: — Небось Гавроша понос конкретный прохватил. Вот он и вернулся обратно. На толчке, гы, гы, отсиживаться!
— Хорош острить! — оборвал приятеля Шило. — Лучше поскорее запусти их. Иначе впрямь говна не оберешься!
Касвинов послушно нажал красную кнопку на стене, приводящую в действие специальный механизм, отворяющий бронированные ворота, но… ни малейшего эффекта!
— Твою мать! — ругнулся боевик. — Опять заело! Вечные проблемы с этой чертовой автоматикой!!!
«Мерседес» между тем нетерпеливо засигналил.
— Придется вручную! — удрученно вздохнул Роман.
— Давай «синюшника» пошлем, — предложил Александр. — Пусть потрудится сверхурочно.
— Не мели ерунды, — возразил Шило. — Куда ему, дохляку, справиться?! Он и швабру-то в руках еле держит. Надо самим идти.
Мысленно ругаясь последними словами, охранники вышли из особняка, приблизились к воротам и, пыхтя от напряжения, раздвинули тяжелые створки. «Мерседес» плавно вкатил во двор. Федоров заглянул в салон, намереваясь приветствовать Хранителя, вытаращил глаза, придушенно ахнул, схватился за автомат и… рухнул на асфальт, сраженный бесшумным выстрелом в упор. Из автомобиля выскочил плечистый человек в черной собровской маске и молча набросился на замершего в шоке Фазана. Нападавший был явно профессионалом. Первый же молниеносный удар отправил дюжего Александра в глубокий нокаут.
— Молодец, Вадим! — донесся из машины одобрительный голос: — Чистая работа! Теперь тащи пленного в дом. Допросим, когда оклемается. А ты, Хромой, убери труп…
