Предисловие к Достоевскому полностью

Наташа страшно обеспокоена Алешиными словами: сама себе в этом не признаваясь, она не верит, что Алеша спосо­бен на решительный поступок, на совершенное дейст­вие. Но он «собрался с духом — и кончил!., положил воро­титься... с решением и воротился с решением!»

Алеша убежден, что довел дело до конца. И в самом де­ле, он хорошо придумал и выполнил свое решение. Он только не знает, бедный мальчик, где живет и с кем имеет дело. Между прочим, в манере своей обычной болтовни, он сооб­щает: отец как раз перед тем, как везти сына к невесте, полу­чил какое-то письмо. «Он до того был поражен этим письмом, что говорил сам с собою, восклицал что-то, вне себя ходил по комнате и наконец вдруг захохотал...»

Алеша не задумывается, что это за письмо, да и задумал­ся бы — не понял; Наташа и Иван Петрович тоже не пони­мают, и тем более мы, читатели, не можем себе представить, какое это письмо так взволновало князя Валковского, поймем мы это не скоро, к концу романа. Но уже сейчас Иван Петро­вич, единственный из участников этой сцены, — обратил вни­мание на странное упоминание о письме, и снова вспомнит о нем, и нас заставит вспомнить: было какое-то письмо, пора­зившее князя. Алеша тем временем с упоением рассказывает, как он сообщил Кате все — «и представь себе, она совершен­но ничего не знала из нашей истории, про нас с тобой, Ната­ша! Если б ты могла видеть, как она была тронута; сначала даже испугалась. Побледнела вся». Алеша все хорошо рас­считал: действительно, честная и не знающая жизни девочка могла, узнав всю правду, помочь ему. Но он другого не за­мечает: именно добрая, искренняя реакция Кати на его рас­сказ привлекла его к Кате с такой силой, о какой мог толь­ко мечтать князь Валковский. Вот и сейчас, рассказывая обо всем Наташе, он не переставая восхищается Катей: «Какие у ней глаза были в ту минуту! Кажется, вся душа ее перешла в ее взгляд. У ней совсем голубые глаза».

Алеша и другое увидел: «...она ведь тоже любит меня». Этот безответственный мальчик уже чувствует себя в ответе и перед Катей: он за одну-то женщину не может отвечать, долг перед одной не может выполнить, а теперь ему надо ре­шать судьбу двух, выбирать, какую из них сделать счастли­вой... Он, конечно, не в состоянии сделать этот выбор: «...я бы свел вас обеих вместе, а сам бы стоял возле да любовал­ся на вас».

Иван Петрович давно предвидел такой поворот Алешиных мыслей, когда говорил, что Алеша хотел бы и на той женить­ся, и эту любить — все вместе. Он как будто и не понимает, что так нельзя, невозможно. Он только одного хочет: что­бы всем было хорошо, все было спокойно, а главное, ему-то можно было бы считать себя честным человеком.

Одну вещь, однако, он говорит очень важную: Катя, ока­зывается, тоже не любит князя Валковского. Алеша защи­щал отца, но Катя ему не поверила. Она «говорит, что он хитрый и ищет денег». Выходит, действительно, Катя не толь­ко добрая, но честная и умная девушка. Алеша недаром в восторге от нее.

Что же должна понять из всей этой исповеди Наташа? Тем более, что Алеша и о том проболтался, что постоянно сравнивает обеих, иногда одна выходит лучше, иногда другая, но Катю ему тоже жалко, и лучше было бы, если «мы будем все трое любить друг друга...».

Как мог возникнуть этот безумный идеал: «все трое»? А очень просто. Алеша хотел, чтобы ему было легко жить. Единственное разрешение мучительного узла, в который он попал: ничего не разрешать, как-нибудь, не думая, всех све­сти вместе, чтобы ему-то было хорошо, а что обе женщины бу­дут страдать — этого он не понимает.

«— А тогда и прощай! — проговорила тихо Наташа как будто про себя. Алеша с недоумением посмотрел на нее».

Нет, он ничего не может понять. Разговор зашел в тупик. Если бы он мог продолжиться, то, верно, кончился бы разры­вом влюбленных. Но продолжиться он не мог: Достоевский еще и еще усложняет ситуацию, потому что в жизни нет конца сложностям: так и здесь. В эту самую минуту в Ната- шину квартиру внезапно, в двенадцатом часу ночи, является князь Валковский «своею собственной персоной». Никто из присутствующих не может ждать от него добра: «Наташа по­бледнела», Алеша смущен, но пытается вести себя как муж­чина: «Наташа, не бойся, ты со мной!» — говорит он.

Слова — прекрасные. Но мы уже не верим Алеше — зна­ем: не умеет он выполнять то, что обещал. Неспокойно за На­ташу — с чем явился князь? Почему так неожиданно, в позд­ний час? Не придумал ли какой-нибудь зловредной хит­рости?

2. Отец и сын

Петр Александрович Валковский «окинул нас быстрым внимательным' взглядом. По этому взгляду еще никак нельзя было угадать, явился он врагом или другом. Но опишу подробно его на­ружность. В этот вечер он особенно по­разил меня».