Вот в 1938 году А. П. Окладников открывает погребение неандертальского мальчика в гроте Тешик-Таш в современном Узбекистане… Это ребенок лет 9—10. Окладников публикует материал, рассказывая о том, что ребенка похоронили, сделав над ним выкладку из рогов горного козла-киика. Причина смерти ребенка неочевидна, и ученые тут же придумывают — наверное, его укусила змея. Почему не умер от болезни? От голода? К чему пустые домыслы? Но почему-то эти домыслы оказываются страшно важными.
Голый малыш с обезьяньим выражением лица входит в школьные учебники. При том, что объем мозга ребенка — 1500 см3 — больше, чем у современного взрослого.
…А позже оказывается, что похоронен был не мальчик, а девочка. И что кости мальчика, с которых каменными орудиями счистили мясо, положили сложным орнаментом вместе с костями и рогами козлов, выполняя сложный ритуал… И что возраст находки — не 40 тысяч лет, а по крайней мере 70 тысяч…
Но эти важнейшие детали не замечают, не изучают. Показывают голого дикаря с камнем в руке.
Таким же дикарем представляли и первого известного науке неандертальца, открытого Фульротом. Ему, этому первому неандертальцу, даже поставили памятник: здоровенный голый человеко-обезьян с неизменным камнем в руке и с тупым выражением на «морде лица».
Правда, исследование его костей позволило предположить: этого неандертальца похоронили. И похоронили, совершая какой-то сложный обряд. Может быть, насечки на черепе и костях показывают, что неандертальца съели… Но и в этом случае обряд вовсе не исключается.
Ведь насечки на костях и этого и других неандертальцев сделаны не случайно, в этих действиях просматривается система… Если одинаково раскалывают кости многих людей, тут можно предположить не просто поедание трупа, а какую-то обрядовую церемонию… Ученые называют такие церемонии красиво: культовый каннибализм.
И христиане ведь на причастии поедают мистически тело, пьют кровь Христа, принимая его жертву за человечество. А в первобытных языческих культах известно причащение плотью и кровью ярких, известных людей. Их приносят в жертву, чтобы умилостивить духов, послать посланника к богам, отдать что-то важное и ценное, чтобы взамен получить что-то другое, еще более важное и ценное. Съеденный воин, вождь или шаман не только продлят своим телом жизнь голодающих соплеменников, но и мистическим способом помогут справиться со стихийным бедствием, голодом, обрушившимся несчастьем…
Так, в Китае и в Египте топили самых красивых девушек в реке: приносили жертву богам реки. Так, при возведении крепости закапывали самого сильного воина или его ребенка. Само слово «детинец» многие ученые возводят именно к этому: при закладке крепости под ее первыми камнями убивали и хоронили крепкого, сильного младенца.
Жутковатый обычай? Но он существовал очень долго, отголоски его слышны и в христианстве.
Кстати, известен и такой способ погребения людей, как поедание. Массагеты, азиатские скифы, хорошо известны из истории. Так вот, они съедали умерших сородичей. Это сопровождалось сложными церемониями. Поедание было способом похорон.
Доказать предположение, что такой обычай существовал уже у неандертальцев, трудно, но ведь и для него есть основания. Этих оснований побольше, чем видеть в неандертальце здоровенную прямоходящую обезьяну.
Но ученые, а вслед за ними и вся образованная общественность предпочитали увидеть неандертальца тупым, свирепым, грубым существом, которое расхаживает чуть ли не нагишом по Европе, жрет сырое мясо и особенно любит человечину.
По поводу наготы… Тех многочисленных картинок, на которых неандертальцев изображают то в каких-то нелепых первобытных трусах, называемых полупонятным словом «набедренная повязка», то в нелепых обрывках шкур… Картинок таких так много, что трудно даже на чтото определенное сослаться. В общем, дикарь, что с него возьмешь.
Шапелльский неандерталец жил в самое суровое время последнего (вюрмского) оледенения. 50–70 тысяч лет назад ледяная пустыня Великого Ледника сковывала громадные просторы севернее современных Москвы, Лондона, Берлина, Варшавы. Песцы и северные олени водились на побережье Средиземного моря. Во многих местах найдены морозобойные клинья и морозобойные бугры: землю рвало от страшного мороза, как сегодня — на севере Сибири.
Без хорошей одежды и без надежного жилья неандерталец попросту не смог бы существовать. Позже мы увидим — жилища у неандертальцев были… По крайней мере у некоторых их них. Но в литературе прочно утвердился образ дикого полуголого существа, жмущегося от холода в пещере.
«Только громадная сила, ловкость, сообразительность шапелльца позволили ему уцелеть, и, вероятно, он считал совсем неплохим свое житье: чуть освещенные и слабо согретые костром пещеры, охотничьи вылазки за крупным зверем, уносившие жизни соплеменников и приносившие в случае удачи мясные горы».[19]
