Неандертальский мозг «оказался» очень негармоничным, «неправильным», со следами неравномерного развития различных частей. Мозг обезьяны и мозг современного человека при всех своих отличиях имеют более плавные, округлые очертания и выглядят более законченными творениями природы. Впрочем, так оно и есть: и обезьяна и Homo sapiens — более завершенные, законченные в своем роде существа, чем неандертальские люди.
Уже отличие не в пользу неандертальца: переходная форма, что возьмешь! Началось с гармоничной обезьяны, закончилось гармоничным человеком, а неандерталец — посреднике.
А кроме того, наш мозг намного лучше неандертальского, поскольку у нас лучше развиты лобные доли. Так называемая префронтальная область мозга. У шимпанзе эта область занимает примерно 14 % мозговой территории, у неандертальца — около 18, а у кроманьонца и у нас — свыше 24.
Еще в начале XX века научились делать лоботомию: удалять лобные доли или части этих долей. И что оказалось? Люди без лобных долей оказывались не способны или почти не способны сдерживать своих эмоций: если голодны, разбивали витрину магазина и хватали еду; если злились, не могли смирить звериную ярость. Как выражается герой одного американского романа:
«— Что, заваливают нянек прямо посреди операционной?
— Нечто вроде…»[27]
Вот мы и выяснили, чем совершеннее неандертальцев!
Узнали, почему высокий лоб лучше, чем низкий. Мы ведь всегда знали, что лучше, но тут еще узнали, чем именно!
«Оказалось», именно под нашим красивым высоким, крутым лбом заложены способности современного человека к коллективности, общественной жизни.
Неандерталец жил не в одиночестве, охотился большими или малыми группами, но для сложного постоянного общения в крупном коллективе, видимо, не годился: был еще слишком зверем. Процитируем еще раз хорошую, по заслугам любимую многими книгу Эйдельмана:
