Глядя на Сэди, сидящую напротив него в красивом платье с открытыми плечами, на золотистые отблески свеч, играющие на ее безупречной коже, Дилан от всей души хотел, чтобы это было тем, чем кажется посторонним – романтическим ужином для двоих. Но он приехал в Турцию по работе, чтобы помочь ей. И он не мог позволить личным желаниям взять верх над срочными деловыми нуждами. Ее нуждами.
По крайней мере, пока.
И все же, наблюдая за тем, как Сэди судорожно ищет ответ на вопрос, который он должен был задать ей в самом начале, он всем сердцем жаждал иного.
– Я… я не знаю, – пролепетала Сэди, и, судя по отчаянию, ясно написанному на ее лице, это признание далось ей дорогой ценой.
– Ладно. Тогда давай так. Представь себя в «Азуре» через пять лет. Как выглядит отель? Каковы его лучшие стороны?
– Пять лет… – Она прикрыла глаза, стараясь сосредоточиться. – Финну будет десять.
Финн. Он попросил ее подумать о бизнесе, и она тут же вспомнила о сыне. Дилан нахмурился. Что он упускает?
– Сэди, – позвал он, и она открыла глаза. Их взгляды встретились, и он понял: пришло время для правды. – Скажи мне честно: почему ты хочешь спасти «Азур»?
– Ради Финна. – Слова слетели с ее губ так быстро, что было понятно: ей даже не пришлось задумываться над ними. – Ведь это единственное, что осталось ему от отца. Это наследство Адема.
Благородный ответ, но абсолютно неудовлетворительный. Она должна делать это не только ради сына, но и ради себя.
– Как насчет тебя?
– Я… мне нравится спа. Это всегда было моим местом, моей мечтой. Но отель… о нем мечтал Адем. – Дилан давно это подозревал, но, судя по тому, как загорелись глаза Сэди, она, во всей видимости, впервые призналась в этом не только ему, но и самой себе. Значит, остается надежда вытащить ее отсюда. – Честно говоря, бывают дни, когда я и сама не понимаю, что здесь делаю.
Она произнесла это с такой тоской, что у Дилана сжалось сердце. Ничего удивительного, что отель чуть ли не рушится ей на голову. Такой крупный проект, как «Азур», требовал любви, а не верности. Страсти, а не просто энтузиазма. В него нужно было вложить душу. Это мог Адем, а Сэди – нет.
– Сэди…
– Я не должна была говорить этого.
Она провела рукой по лицу, словно хотела поймать слетевшие с губ слова и затолкать их обратно. Официант принес вина, и не успел он разлить его по бокалам, как Сэди тут же сделала большой глоток.
– Вы готовы сделать… – начал официант.
– Дайте нам еще несколько минут, пожалуйста.
Они даже не успели заглянуть в меню. Кроме того, он не собирался давать Сэди повод прервать разговор под предлогом заказа еды. Только не сейчас, когда оставалось столько недосказанного.
Официант ненавязчиво испарился, и Дилан решительно посмотрел на свою спутницу:
– Так на чем мы остановились?
Она сделала глубокий вдох, прежде чем продолжить. Неужели она собирается солгать ему? Это вроде бы не в ее духе, или, по крайней мере, до сих пор она не была в этом замечена.
– «Азур» – прекрасный отель, – сказала она. – У него огромный потенциал, длинная история, и он проживет еще очень долго – при правильном руководстве, конечно. Но это еще не все. Он – наше будущее, мое и Финна. Наследство моего сына. И я поклялась сохранить его.
– Даже если это не твоя мечта?
Он не хочет такой участи для Сэди.
– Только маленькие девочки верят в то, что мечты сбываются. – В словах Сэди прозвучала злая нотка, но Дилан решил не обращать на нее внимания. Потому что знал, что это не так.
Когда-то Сэди тоже верила в Мечту. Он видел это в ее глазах, когда она показала ему обручальное кольцо Адема, и на свадьбе тоже. И в тот день, когда протянула ему малыша. Она верила в сказку, в «они жили долго и счастливо», в Великие Возможности, пусть и с другим человеком, а не с ним, Диланом.
Вот он и нашел в новой Сэди то, что ему нравилось гораздо меньше.
Дилан вздохнул. Как заставить ее понять?
– Послушай. Я могу дать тебе деньги, которые требуются на выполнение нынешнего плана. Могу помочь с новым планом и спонсировать его. Могу пустить «Азур» под бульдозер и отстроить его заново, если ты решишь, что хочешь этого. Но это ничего не изменит, если в твоей душе не будет гореть пламя истинного желания.
– Я ведь уже сказала тебе, что…
– Клятв и обязательств недостаточно, – прервал он ее. – Ты не международная корпорация, ты не пытаешься построить бездушный развлекательный комплекс, такой как «Парадиз». «Азур» – это шарм, это уют, это сердечные отношения и ощущение дома – вот чем он должен торговать. Индивидуальный подход. А если он не стал домом для тебя, если ты не любишь его… – Он покачал головой.
– Значит, ты не станешь мне помогать.
Сэди принялась поправлять столовые приборы, стараясь не смотреть на Дилана.
– Я этого не говорил. Но прежде, чем двигаться дальше, хочу, чтобы ты подумала, чего хочешь на самом деле, является ли «Азур» для тебя настоящим домом.
Он сильно рисковал – и с личной точки зрения, и с деловой. Он поставил под вопрос ее преданность прошлому, прекрасно зная, как она относилась к Адему, и вполне возможно, теперь она просто выставит его за порог. Да, риск действительно велик.
