Жизнь Адема оказалась слишком короткой, и их счастье оборвалось до срока. Но оно навсегда останется с нею, и она пронесет его в своем сердце через всю свою жизнь, как самую большую драгоценность.
Она поцеловала пальцы и прижала их к памятнику.
– Люблю тебя, – прошептала Сэди.
А потом, вытерев слезы, она развернулась и направилась вперед, к автомобилю и к своему будущему.
Сэди с облегчением вздохнула, когда машина свернула на дорогу, ведущую к «Азуру».
– Почти приехали, – сказала она Финну, который лишь сонно поерзал в детском кресле, еще крепче прижимая к себе любимого мишку. – Почти дома.
Это их дом, по крайней мере пока.
Перелет был долгим и утомительным, с пересадкой в Стамбуле, где их вылет несколько раз откладывали. Финн вел себя изумительно, правда, но это путешествие измотало даже ее, что уж говорить о четырехлетнем малыше. И все же они справились, не без помощи бесконечных перекусов, пары новых игрушек, припрятанных именно на такой случай, и недолгого сна.
К тому же транзит дал ей время подумать – начать строить планы, разрабатывать идеи, которые в ближайшие недели должны были оформиться в нечто более осязаемое. Она возвращалась в Турцию, готовая к новому старту, к поиску новых возможностей. Уж теперь-то она их ни за что не упустит!
Конечно, от каких-нибудь знаков свыше Сэди бы не отказалась, но она решила для себя, что отныне и впредь будет полагаться исключительно на свои инстинкты.
– Приехали, – прошептала она сыну, когда автомобиль остановился.
Он пару раз непонимающе моргнул, потом распахнул глазенки.
– Уже «Азур»?
– Да, «Азур». Готов вернуться в свою комнату, к своим игрушкам? Эсма очень по тебе скучала.
Сэди открыла дверцу. Финн выпрыгнул из машины, и она последовала его примеру. Тем временем шофер достал из багажника их чемоданы.
– Спасибо, – поблагодарила она его и застыла на мгновение, глядя на отель.
Знакомая вывеска горела на солнце над стеклянными дверями центрального входа. Сэди улыбнулась, опустила взгляд… и сердце ее остановилось.
Пока выбежавшая им навстречу Эсма тискала малыша, без умолку болтая о вкусных молочных коктейлях и сладких булочках, которые ждут его на кухне, Сэди во все глаза разглядывала стоящего у входа мужчину.
Дилан Якобс.
Ну, она ведь просила послать ей знак свыше.
– Что ты здесь делаешь? – Она подошла поближе, забыв про багаж.
– Мам? – Финн переводил взгляд с нее на Дилана. Эсма бросила на Сэди виноватый взгляд. – Кто это?
Дилан присел перед Финном на корточки и улыбнулся как-то по-новому. Дружески, тепло, без требований, без надрыва. Никакого бизнеса.
– Ты, наверное, не помнишь меня, но я был одним из лучших друзей твоего папы.
– Ты знал моего папу? – Губы мальчика слегка дрогнули. – Если ты дружил с папой и дядей Нилом, то, значит, ты Дилан?
Дилан протянул ему руку:
– Дилан Якобс. К вашим услугам.
Финн серьезно пожал ему руку – крохотные пальчики в огромной мужской ладони, – и у Сэди сжалось сердце.
– Дядя Нил иногда рассказывает мне всякие истории про вас с папой. Почему так вышло, что ты никогда не приезжал навестить нас, как дядя Нил?
– Я был… – Дилан не договорил, но Сэди прекрасно поняла, чем должна была закончиться фраза. «Я был слишком занят». Разве не в этом всегда проблема?
Но он начал заново:
– Прости, Финн. Мне следовало приезжать почаще. И я хочу все исправить, если ты не против.
– Я не против. – Финн склонил голову набок. – Ты любишь молочные коктейли?
– Просто обожаю. – Дилан широко улыбнулся. – Может, мы выпьем по одному чуть позже? После того, как я поговорю с твоей мамой?
– Ладно, – кивнул Финн.
Эсма снова взяла его за руку, чтобы отвести на кухню, и на этот раз малыш не стал возражать. Сэди вздохнула с облегчением и расслабилась, пока не поняла, что осталась с Диланом наедине.
Случилось как раз то, чего она всеми силами старалась избежать.
– Тебе было не обязательно приезжать сюда, – начала она. – Я сказала твоему помощнику, что вышлю ему документы по…
Дилан покачал головой, прерывая ее, и поднялся.
– Я здесь не по делам.
Как же она соскучилась по его голосу! Теплому, ровному, ласковому, и не важно, болтает ли он с Финном или обсуждает дела. Ее так и подмывало потянуться к нему, обнять и больше никогда не отпускать.
Вот почему ей не следовало с ним больше встречаться. Когда он был рядом, она не могла отрицать, что влюбилась в него, как последняя идиотка.
– Тогда зачем ты здесь? – умудрилась спросить она, еле прорвавшись сквозь затуманенный разум.
Дилан подошел поближе и сделал такой глубокий вдох, что Сэди увидела, как у него поднимается грудь под рубашкой.
– Я приехал взять на себя обязательства.
– Какие? – Сэди ошарашенно захлопала ресницами. Не может же он, в самом деле, иметь в виду то, о чем она подумала. Или может?
