– Ох, Таня, – покачал головой Валера, – какой же ты у меня еще ребенок…
– Ребенок не ребенок, а мы с тобой этого маньяка поймаем!..
– Хотелось бы, – усмехнулся отчим. – А то ведь он поймает меня.
– Ну а что еще? – вдохновенно спросила она.
– В смысле?
– Что общего между убийствами?
– Понимаешь, Таня… – задумчиво проговорил отчим. – Все эти дела я просматривал только один раз…
– Ну и что? У тебя же, Валерочка, феноменальная память!
– Да? Спасибо за комплимент… Мне бросилось в глаза следующее… – Отчим полуприкрыл глаза. – На руках и на ногах третьей жертвы, проститутки из Москвы, не оказалось никаких царапин, синяков или гематом…
– И что это значит?
– При этом, – продолжал Валера, словно не замечая Таниного вопроса, – она была привязана к кровати одновременно и за руки, и за ноги…
– Ну и что? – не поняла Таня.
– А то, что она не сопротивлялась, когда ее привязывали. Значит, он смог убедить ее, что это просто игра. Сексуальная такая игра. И она доверилась ему.
Значит, они были давно знакомы. Или…
Валерий Петрович остановился.
– Что «или»?
– Или он каким-то образом сумел внушить всем жертвам доверие при первой же встрече.
Татьяна захлопала в ладоши:
– Браво, Валера!
Она подошла к доске-мишени и написала на своем листочке: «Преступник внушал доверие».
– Может, жертвы и вправду были раньше знакомы с ним? – спросила она, обернувшись.
– Возможно. Но не факт. Скорее, мне кажется, нет, незнакомы.
– Почему ж они ему все-таки доверяли?
Валера грустно усмехнулся:
– А почему вы, девушки, вообще так часто доверяетесь подлецам?
– Сама не знаю, – развела руками Таня.
– И я не знаю, – вздохнул отчим. – Может, потому что у подлецов денег много?
– Подлецы – наглее, чем прочие мужчины.
– А девушки любят наглых?
Таня минуту поколебалась, а потом ответила честно:
– В общем-то, да..
– Ох, не так я жил… – горестно вздохнул Ходасевич. – Ох, не так…
– Но это в большей степени относится ко всяким профурсеткам, – быстро поправилась Таня. – А нормальные девушки любят честных, умных, неженатых.
– Значит, у меня еще есть шанс… – усмехнулся Ходасевич. – Ну, ладно. Вернемся, как говорят французы, к нашим мутонам… Почему-то у меня есть такое чувство, что этот маньяк – как раз из таких.
– Каких?
– Молодых, богатых, наглых.
– Правильное чувство. Бедные по Интернету проституток не заказывают, – заметила Таня. – Да они и вообще Сетью не пользуются.
– А кроме того, – вздохнул отчим, – есть еще одно обстоятельство. В пяти случаях из шести – кроме одного с пожаром – осмотр места происшествия показал: каждый раз на столе было хорошее вино. И закуска. – Валера полуприкрыл глаза, припоминая. – В одном случае – шампанское «Моэт и Шандон». В другом – шабли. В третьем – бордо, и не просто бордо, а «Сен-Эмильен Медок»… Кроме того, как тебе нравятся такие закуски… Я уже не могу припомнить, что конкретно у кого на столе стояло, но имелись у жертв и сыр с плесенью, и суши из японского ресторана, и гусиная печенка… И салат из креветок, купленный в супермаркете… Ох, – прервал сам себя отчим. – Что-то я перекусить захотел.
– Сейчас. Договорим, и я приготовлю. Я привезла для тебя кое-что вкусненькое.
– Да? – оживился Валера. – А что?
– Сюрприз… Может, наоборот – девушки-жертвы были такими хлебосольными? И это они нашего безумца так угощали?
– Нет. Закуски и вина он приносил с собой. Сохранились пакеты из супермаркета.
– А чеки?
– Увы, нет. Ни одного чека. Каждый раз, как я понял, менты искали, но ни разу не нашли.
– Предусмотрительный мерзавец.
Таня подскочила к своей таблице на мишени для дартса и подписала под четвертым номером:
«Богатый человек, гурман, знаток вин».
Повисла пауза.
Валера, долго сдерживавшийся, раскурил-таки свою очередную вонючую сигарету.
