— Помогите мне! — приказала она, и тут же к ней подбежала стайка служанок. Они сначала окружили Юфемию и даже помогли ей подняться, однако это был вовсе не жест доброй воли. Напротив, часть злого плана. Едва принцесса поднялась, её принялись пихать из стороны в сторону, пока не дотолкали до уборной. Лишь когда перед носом Юфемии закрылась дверь и послышались грохот придвигаемого кресла, стало всё предельно ясно. Принцессу самым бессовестным образом заперли! Горечь обиды обожгла горло, предательски защипало в глазах. Это был провал. Беспощадный и неумолимый. Юфемия корила себя за наивность. Не стоило ей звать служанок: почти все они были в сговоре с Эмелиттой! И вот чем обернулось её желание принарядиться. Платье и причёска безнадёжно испорчены, а на свидание уже спешит другая… Жуткий визг выдернул плачущую Юфемию из своих горестных мыслей.
— Вампир! Вампир! — заголосили служанки, и беспорядочный топот известил о стремительно побеге.
«Арата…» — Юфемия встрепенулась и прислушалась.
Служанки и Эми опрометью неслись прочь, продолжая истошно орать. Их противные грубые голоса удалялись и, наконец, стихли. Юфемия подобралась к двери и вскоре услышала скрип ножек отодвигающегося кресла.
— Арата! — всхлипнула от радости, увидев на пороге вполне довольную собой вампиршу.
— Как вы? Не сильно пострадали? — участливо спросила она.
— Я… — Юфемия с ужасом покосилась на истерзанную одежду и, не скрывая досады, спросила: — Где же ты была?! Почему бросила меня в такой сложный момент! Я же за тебя волновалась!
— А стоило бы за себя! — хмыкнула Арата. — Вы передумали идти на свидание с эр-хотом?
— Что?
— Эмелитту я, конечно, спугнула, — горделиво выпятив грудь, сообщила она. — Но министерская дочка не единственная ваша конкурентка. Луна уже взошла, вам стоит поспешить!
— Я…я… — жалобно начала Юфемия, но Арата по обыкновению быстро взяла её в оборот:
— Давайте же, сначала переоденем вас, поправим причёску и придётся бежать…
— Но я не смогу бежать, — простонала Юфемия. — Я попробовала кровавую ягоду, и теперь мне плохо…
— Пф-ф, — фыркнула Арата. — Это с непривычки. Временное помутнение. Просто выпейте воды…
К счастью, графин с водой обнаружился в гостиной и, выпив немного, Юфемии почти сразу стало легче. Впрочем, вскоре всё поглотила суета. Ещё никогда в жизни Юфемия не собиралась так быстро. Словно и не на свидание вовсе, а будто совершая побег. Первое попавшееся платье, кое-как заколотые волосы, и вот она уже шустро несётся к главным дверям, а потом и плутает по сумеречным аллеям. В висках стучало от сумасшедшего забега. Юфемия едва успевала глотать воздух, застревающий у неё в пересохшем горле.
«Только дождись… Дождись меня!» — мысленно молила она.
Тем временем ночь уже вступила в свои права, а зловещий Янгос, заполонивший собой почти всё небо, изливал свои кровавые потоки на притихший Ю. Юфемия вылетела к пристани и нервно огляделась. Затем шарахнулась к берегу, спутав высокий кустарник за желанную фигуру, а потом снова дёрнулась в сторону, заслышав шелест крыльев, спугнутой птицы. И лишь вбежав на полупрогнивший причал, сердце Юфемии болезненно сжалось. Марселу не было…
Ю, резиденция правителя, полнолуние кровавого Янгоса
Марселу мерил шагами прогнивший местами причал. Руки предательски потели, на лбу то и дело выступала испарина. Быстрый взгляд в сторону дворца, и вновь томительный вздох. Юфемия впервые задерживалась, и это откровенно озадачивало. Быть может, он всё-таки выбрал не ту? В очередной раз задаваясь этим вопросом, Марселу мысленно возвращался к разговору с Лоу. Волчица внезапно возникла у его двери как раз в тот момент, когда он вынужден был снова покинуть свои покои, чтобы присутствовать на допросе провинившейся служанки.
— Мне нужно вам рассказать нечто очень важное! — Хрипловатый голос Лоубэлики впервые звучал необычайно серьёзно.
Понимая, что волчица едва ли будет бросать слова на ветер и пытаться провернуть какую-то уловку, Марселу жестом пригласил её войти. Лоубэлика тут же переступила порог, да так и остановилась у двери.
— Я не выношу предательство, и мне претит вонзать нож в спину друзей, — торопливо, но в то же время твёрдо начала она. — Но молчать сейчас не меньшее преступление!
Марселу озадаченно воззрился на взволнованную волчицу: её слегка потряхивало, но при этом ладони плотно сжимались в кулаки. Казалось, ещё чуть-чуть, и от неё посыплются искры от невероятного напряжения и решимости.
— На принцессу Торину напала ваша сестра!
Эти слова вонзились в сердце Марселу, словно безжалостные клинки, но в то же время они не шокировали и не вызвали острого противоречия. Избалованную Марианну, когда ей что-то взбредало в голову, редко волновали выбираемые средства. Полученный результат всегда оправдывал любое безрассудство. Однако в этот раз она зашла слишком далеко!