– Мы находимся к югу от города, на одной из дорог недалеко от федеральной земли парка. Окефеноки вон в той стороне, – сказал он, указывая на запад, в сторону заходящего солнца.
– Почему здесь? – спросила она, расстегивая ремень безопасности.
– Потому что не в городе. С меня хватит за один день пристально смотрящих людей.
Райли могла понять. Она открыла дверь и посмотрела вниз, на белый песок. Земля была другой. Надеюсь, он знал, что делал. Она подождала, когда он вытащит одеяло из-за сиденья, а затем последовала за ним к задней части грузовика. Там он разгреб немного места на откидному борту багажника, чтобы туда сесть и заняться едой.
– Вроде как пикник, – сказала она, стараясь, максимально разговорить его.
– Да, – ответил он, но она сказала бы, что сердцем он был не здесь.
Райли медленно залезла на борт, а потом с нетерпением открыла коробку. Ее рот мгновенно наполнился слюной. Она зачерпнула пару салфеток, а затем ухватила толстый кусок пиццы. Бек сделал то же самое.
Райли жевала и одновременно осматривала окружающую их обстановку. В отдалении стояли высокие сосны и во всех направлениях росли странные растения с колючими листьями. Они были около трех или четырех футов от земли, и, как ни странно, равными по высоте.
– Что это? – спросила она, указывая свободной рукой. – Они выглядят как пальмы-малыши или что-то подобное.
– Они называются пальметто1. В этой части страны они растут повсюду.
– Почему они все одного роста?
– Должно быть, их сжег огонь. Сейчас они выросли одинаково низкорослыми.
Райли услышала стремительное движение в кустах справа от нее.
– Там… есть какие-нибудь аллигаторы?
– Может быть, хотя они бы предпочли находиться ближе к воде. – Бек усмехнулся. – Ты такая городская девочка.
– Конечно, – вызывающе ответила она. – Мне нравятся здания и тротуары. Мне нравятся вещи, которые я могу понять. Это, – она взмахнула рукой, – очень красиво, но здесь я чувствую себя не на своем месте.
– Мне нравится сельская местность, – сказал он уже мягче. – Здесь тихо и я могу размышлять. Город иногда защемляет мне мозг.
Она открыла банку содовой и сделала большой глоток.
– Так теперь, когда твой мозг не защемлен, ты расскажешь мне о Коуле?
Бек мгновенно нахмурился.
– Почему ты хочешь узнать о нем?
Райли не могла сопротивляться.
– Потому что он, безусловно, горячий парень, и я хочу убежать с ним, и иметь от него детей.
Глаза Бека расширились от удивления.
– Райли!
– Посмотри на себя, – сказала она, игриво хлопнув его по руке. – Ты легко заводишься.
Его неодобрение никуда не делось, но она может сказать, что высказала свое мнение.
– Ты не знаешь его так же, как я, – ответил он.
– Ну, а сейчас самое время это исправить. Расскажи мне, почему ты его терпеть не можешь.
Он вздохнул.
– Когда я учился в школе, я встречался с девушкой по имени Луиза. Между мной и Лу была тесная связь. Коул позаботился о том, чтобы мы расстались. Он встречался с ней на протяжении нескольких недель, затем бросил ее – его облик говорил, что он мог украсть любую девушку без всяких забот.
– Хорошо, Коул мешок с дерьмом. Могла бы и догадаться. Но это было давным-давно, Бек. Ты все еще носишь в себе обиду?
– Да, это так, – признался он. – Лу была особенной, и она была единственным хорошим в моей жизни на тот момент. Теперь он положил на тебя глаз и мне это немного не нравится.
Да, он ревнует.
– Разве у тебя не было других девушек?
– Почему ты хочешь узнать об этом?
– Потому что мне хотелось бы узнать тебя лучше?
Он сделал несколько шагов по дороге от багажника.
– Какого черта ты делаешь со мной? – требовательно спросил он.
– Что? – испуганно спросила Райли.
– Ты не можешь быть частью моей жизни. Когда ты уже этой поймешь?
Она поставила содовую и спрыгнула с капота. Этот момент назревал давно, и либо он признает, что она на его стороне, либо она уйдет отсюда.
– Ты тот, кто постоянно стонет о том, что никто не дает тебе отдохнуть, о том, какой ты лох-неудачник, но вот только когда кто-то о тебе действительно заботится, ты с этим не можешь справиться.
– Ты и понятия не имеешь, как тяжело мне было здесь, – сказал он, качая головой.
– Неужели? – подошла к нему она. – Так же плохо как два мертвых родителя или сделка с Ватиканом об их пожизненной инквизиции? Как насчет самого настоящего Армагеддона? Всё было настолько же плохо, да, Бек? Дай мне знать, что хуже.
Его рот был широко открыт.
– Я не понимаю, – выпалил он.
Она сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить кипящие эмоции.
– Тогда скажи мне правду. Я хочу знать, почему все ненавидят тебя и почему заказать пиццу должна была я. Я хочу знать, почему Коул предупредил меня, чтобы я не ходила с тобой на болото.
– Просто оставь это.
– Скажи мне, Бек! Что за темный секрет раскрыла Жюстина? Ты сделал какой-то девушке ребенка? Или по пьяни переехал кого-то своим грузовиком? Что это такое, что тебя так беспокоит?
Бек молчал. Вокруг них птицы начинали вить гнезда на деревьях, садилось солнце.
– Это вопрос доверия, – сказала она тише. – Я поделилась с тобой темным секретом. Теперь пришло время сделать то же самое и тебе.
