Через какое-то время Бек вернулся с пакетом льда, шестью банками пива и с несколькими упаковками картофельных чипсов со вкусом барбекю. Мнение парней о правильном и сбалансированном меню. Второй пакет был ее, внутри лежал турецкий сэндвич, несколько сухофруктов и вроде бы содовая. У нее появился ужин. Даже в скорби он все еще думал об ее благополучии.
После того, как они вернулись в комнату, он положил сумку ловца рядом с кроватью и бросил в нее бумажник. Затем опустил лед в четыре бутылки из-под пива. Он сунул пятую под мышку, открыл шестую и направился обратно на улицу. Она отстала от него и была обеспокоена.
Бек открыл багажник и запрыгнул на него.
– Ты хочешь побыть один? – спросила она. Когда он покачал головой, она села рядом с ним.
Он отхлебнул пива.
– Я всегда надеялся, что она переборет себя и будет вести себя со мной как с сыном, но она так и не смогла.
– Она всегда была такой?
– Почти. Прямо после моего рождения бабушка отвезла меня в северную Джорджию. Она боялась, что Сэди не будет заботиться обо мне как следует. Я оставался там, пока мне не исполнилось три года, а потом они привезли меня обратно.
– Почему они не оставили тебя?
– У Сэди была детская коляска. Они думали, что она умела обращаться с такими вещами. Он сделал большой глоток пива. – Она пообещала им, что сможет, но начала пить незадолго до моего возвращения. Меня было слишком много для нее, чтобы она справилась.
Он снова начал обвинять себя.
– Если она не смогла справиться с ребенком, она должна была попросить помощи или отдать тебя обратно твоим бабушке и дедушке.
– Этот путь не для нее. – Он следил за курьерским грузовиком на шоссе пока тот не скрылся из виду. – Ночью она уходила из дома и оставляла меня одного. Она сказала моей бабушке, что все хорошо, и они ей поверили.
– Сколько тогда тебе было лет? – спросила Райли, она была удивлена тем, что он так открыто говорит о своем детстве.
– Четыре.
Райли уставилась на него.
– Боже, Бек. Удивительно, что ты до сих пор жив. Ты мог бы поджечь дом или еще что-то.
– В основном я смотрел телевизор, – сказал он.
– Что ты ел? Я имею в виду, она оставляла тебе еду?
– На самом деле, нет. Я помню, однажды ночью я был очень голоден, так что залез на стойку и достал консервную банку из шкафчика, но не смог ее открыть.
– И что ты сделал?
– Я отнес ее нашей соседке, миссис Уэлш. Она всегда очень хорошо ко мне относилась. Я взял с нее слово, что она не скажет Сэди, что я взял одну из банок, потому что меня могли выпороть. Она сказала: это будет наша тайна. – Он улыбнулся при этом воспоминании. – Она отдала мне банку, а затем накормила из своего шкафчика. Таким образом, я не попал в беду. Он вздохнул. – Она умерла пару лет назад. Я надеюсь, она на небесах, потому что она заслуживает всего хорошего в следующей жизни. Она была святой.
В отличие от твоей матери.
Он прокашлялся.
– Я знал: когда Сэди приходила домой, наставало время прятаться. В основном она была слишком пьяна, чтобы знать, что я там, но время от времени, когда она становилась безумно пьяной, если я делал хоть что-нибудь не так, то получал порку. Иногда она приводила с собой какого-нибудь неудачника. – Он покачал головой. – Я долго не понимал этого, но знал, что так неправильно.
Его пальцы сжались вокруг бутылки пива.
– Я все надеялся, что один из тех парней мой папа, но не думаю, что он был кем-то из них.
– Не представляю, как ты смог выжить. Я бы сбежала. – И в то же время осознала, почему он не смог. А что если бы его отец вернулся в то время как он ушел?
– Извини, тебе не нужно слушать все это дерьмо. Сейчас это уже не имеет значения.
Оно заставляет тебя говорить на эту тему.
– Ты рассказывал кому-нибудь еще об этом?
– Донован знал почти все это. Он хотел отдать меня на попечение в приемную семью, но я сказал ему, что сбегу. Позже я узнал, что он оплатил мои школьные принадлежности. Это, конечно, была не Сэди.
Он сделал то, чтобы сделал бы отец. На ум ей пришло воспоминание о первой встрече с Донованом – его коротко стриженые светлые волосы и мускулистое телосложение. И он был очень похож на Бека в старости.
Она хотела задать вопрос, но теперь, похоже, не подходящее время. Кроме того, разве они бы не решили все давным-давно, если бы Донован и Сэди встречались?
– Не мучай себя, Бек. Твоя мать того не стоит.
Он взглянул на нее, и она засомневалась, а зашла ли она слишком далеко. Вместо этого он сморгнул навернувшиеся слезы.
– Ты так чертовски хороша для меня.
– Это легко, когда ты не отталкиваешь меня.
– Я никогда не делал этого потому, что тебя ненавижу или что-то такое.
– Я знаю.
Он выпил первое пиво.
– Я хочу посидеть здесь и подумать в одиночестве, если ты не возражаешь.
Понимая, что ей следует уйти, Райли спрыгнула с багажника. Она положила руку на его колено.
– Ты уверен, что с тобой все в порядке?
– Мне стало лучше, – теперь его голос стал спокойнее. – Ты мне очень помогла.
– Ну, здесь холодно, так что не задерживайся слишком долго. И если ты напьешься, ты будешь спать в машине, мистер, – сказала она, отправив ему притворно суровый взгляд.
