Вот так и бывает: живешь — не живешь,А годы уходят, друзья умирают,И вдруг убедишься, что мир непохожНа прежний, и сердце твое догорает.Вначале черта горизонта резка —Прямая черта между жизнью и смертью,А нынче так низко плывут облака,И в этом, быть может, судьбы милосердье.Тот возраст, который с собою принесУтраты, прощанья, — наверное, он-тоИ застил туманом непролитых слезПрямую и резкую грань горизонта.Так много любимых покинуло свет,Но с ними беседуешь ты, как бывало,Совсем забывая, что их уже нет…Черта горизонта в тумане пропала.Тем проще, тем легче ее перейти, —Там эти же рощи и озими эти ж…Ты просто ее не заметишь в пути,В беседе с ушедшим — ее не заметишь.1957<p>«Не за то ли, что только гроза…»</p>Не за то ли, что только грозаНам на мир открывает глаза,И пред нами, хорош или плох,Предстает он, застигнут врасплох,Озарен то вверху, то внизу, —Не за это ль мы любим грозу?Что при свете дневном разберешь,Примиряющем с правдою ложь?Безучастный равно ко всему,Он легко переходит во тьму.Что увидишь во мраке ночном?Он смешал, одурманенный сном,Все, что живо, и все, что мертво,Он не видит себя самого.Но случится лишь ветру начатьВековые деревья качать, —Встрепенется, очнется листва,Зашумит: я жива, я жива!Редкий дождь пробежит вперебойПо траве, от зарниц голубой,В чаще туч острие топораПолыхнет белизной серебра,Громыхающий рухнет ударС поднебесья в глухой крутояр,Взвоет ветер на все голоса,Раскачаются шумно леса…Не затем ли мы жаждем грозы,Что гроза повторяет азыНеоглядной свободы, и громБескорыстным гремит серебром,И, прозрачной прохладой дыша,Оживает, мужает душа…[1957]<p>Сон на рассвете</p>
