Это было для Уолли новостью. История Шонсу была для него закрытой книгой; единственный воин, которого он знал, Ннанджи, никогда бы не позволил себе этого. Но Ннанджи был слеплен не из обычного теста.
– Когда я был Вторым, – сказал Тиваникси, – я был вызван на поединок. – Он старался повернуть рассказ юмористической стороной, но его голос звучал напряженно. – Он был двумя рангами меня выше, и у него были красные глаза. Он показал знак. Я не принял вызова. Он потребовал ритуала унижения. Он даже заставил меня так пройти по городу и собрал моих друзей посмотреть. И я сделал, как он хотел! Все время я говорил себе, что потом пойду и омою свой меч кровью. Уолли был потрясен.., и молчал.
– Я спустился к Реке, – шептал кастелян в окно, – я простоял на границе воды час, и ноги мои не двинулись с места. Потом я пошел домой и отпустил волосы… Я никому не рассказывал об этом раньше, милорд.
– Я никому не скажу, – дал обещание Уолли. – Но ты заходил в Реку, когда созывал сбор?
Уолли считал, что теперь он может спросить об этом.
Кастелян рассмеялся и повернулся к нему лицом.
– О! Ну, это совсем другое дело. Я и не говорил себе, что сделаю это, – я говорил другим. Там была толпа! Это было церемонией. Мы выставили перед собой умирать сорок девять волов. – Его передернуло. – Но ощущение очень странное. Я хотел сказать, – продолжил он, – что большинство из нас отступается иногда от правил воинов. Ты сделал это для колдунов, и этим все сказано. Если бы такое случилось со мной, я не долго бы помнил об этом, разве что кто-нибудь стал со мной драться. Подобное всегда служит поводом для драк.
Но не знаю, стал бы я претендовать на то, чтобы возглавить сбор. Понятно!
– То, что было в Ове, – другое дело. Я не стыжусь Ова. Я принял правильное решение. Тиваникси согласно кивнул:
– Думаю, да. У тебя не было армии, только горстка воинов, не было связи, ты даже не мог отдавать приказов, так как не знал их имен. Ты был прав, но только высокоранговые знают сутры о стратегии. Остальные не поймут.
– Расскажи мне о нынешнем положении, – попросил Уолли.
Кастелян поморщился и снова облокотился на стол.
– Древние сказания не совсем ясны, но, кажется, мы должны ждать семи Седьмых. Когда придет последний, я объявлю поединок.
Он мрачно уперся взглядом в свои сапоги.
– Надеюсь, он не будет слишком страшным. Неожиданно сильный порыв ветра дернул сломанную раму окна.
– Вижу, что созыв сбора – занятие не для слабого. А что, если два поединка?
– Я буду биться с первым, потом оставшийся в живых объявит новый поединок и будет биться со следующим. Тот, кто останется последним, станет предводителем.
– Тогда скажи, что будет, если я выиграю. Предположим, я побью Боарийи. Присягнут они мне?
Пришлось долго дожидаться ответа, потом Тиваникси оторвал взгляд от сапог и принялся теребить прядь волос.
– Не думаю. Не Шонсу. Думаю, они разбегутся или взбунтуются. Но до этого не дойдет. Боарийи обвинит тебя. Зоарийи сегодня сообразит, что нужно делать, – у них будет время на подготовку, на поиски свидетелей, видевших тебя в Аусе. Они, наверное, уже выставили караульных на пристани – у них много людей.
Уолли мрачно кивнул.
– А Шонсу потерял армию или предал ее. И теперь он явился за новой. Бог дал мне трудную задачу, Лорд Тиваникси, даже не считая моих личных проблем.
Кастелян кивнул:
– Повтори мне еще раз его загадку.
– В ней семь строф, – сказал Уолли. – Сначала говорится, что нужно сковать моего брата, и я сделал это, когда связал себя и Ннанджи братской клятвой. Предвидя мой глупый поступок в Аусе, Бог позаботился о том, чтобы собрать для меня армию – спасенный «Сапфир», кроме того, он дал мне возможность ознакомиться со всеми колдовскими городами, проведя меня по всем их портам. Затем я должен был овладеть мудростью, и Катанджи дал мне ее, узнав правду о колдунах. И последнее – я должен вернуть меч, но пока я не представляю, как это сделать.
Тиваникси улыбнулся:
– Ты уже и это сделал. В соответствии с местными традициями. Чиоксин был из Касра. Обет Уолли был выполнен.
– Меч был сделан в этой ложе.
Уолли кивнул, ему показалось, что он слышит заливистый смех маленького Бога. Ты провел меня! Боги и раньше проделывали с ним разные фокусы, позабавились они и на этот раз. Он надеялся, что это доставило им массу удовольствия.
– И ты об этом не знал! – Тиваникси внимательно посмотрел на Уолли, скорее утверждая, чем спрашивая.
– Значит, теперь я должен соответствовать предназначению меча, – мрачно сказал Уолли. – Возглавить сбор, очевидно. Кто-нибудь понесет его. В конце концов трое из семерых могут сделать это хоть сейчас.
Тут он подумал, а почему, собственно? Во главе сбора должен стать лучший воин в Мире. Обычные, бравшие меч Чиоксина, вскоре погибали. Эпосы не обращали на это внимания. Герои есть герои.
– Сколько сейчас времени? – спросил он. – Ты не успел бы провести какого-нибудь Шестого?
– Не сейчас, – ответил кастелян, снова начиная ходить.
Он говорил с отсутствующим видом, мысли его еще крутились вокруг больших проблем.
