Каркнула птица. Близко будто под ухом. Наверное, я теряла сознание. Перед глазами мелькали чёрные пятна. Сжала ладонь в кулак, затем из последних сил заехала боксёру ботинком в колено. Он заверещал, пища как девчонка. Серж и Кейн почему-то растерялись, смотря то на боксера, то на меня. 'Бежать, выжить любой ценой',- внутренний голос руководил мной. Поднялась. И откуда-то взялись силы. Подташнивало и голова слегка кружилась. Схватила сумку и бросила, целясь в Сержа. Он уклонился, это дало мне фору. Я побежала вперёд к фонарю к деревьям. Мёрзлый снег скрипел под ногами. Здесь на пятачке собирались залить каток. 'Только бы успеть, только бы успеть выбежать на проезжую часть'. Ухо взорвалось болью. Затем, боль сменилась жаром и влажностью. Я чувствовала, как горячая капля стекает по щеке. Прислоняясь к дереву, я обернулась, жадно хватая воздух, и крикнула, не узнавая собственного голоса:
- Сдохните гады, сдохните!
Встретилась взглядом с Кейном. Он выглядел растерянным. Сантиметров двадцать разделало нас - и тут щёлкнул, гудя, затухая фонарь. Крик ворона. Нет, не показалось. И тут что-то внутри меня взорвалось, и плотина треснула. Чернота, до боли приятная, тёплая, словно ватная, затопила меня, даря небывалый комфорт и спокойствие. Дальнейшее: будто бы сон наяву. Где-то во мне всегда было некое место. Тёмное пугающее, изредка появляющееся и столь быстро ускользающее, как яркая вспышка в рассеянных снах. Реальное во сне, забытое наяву.
Но, сегодня граница была нарушена. Барьер забытья рухнул и я снова очутилась там. В месте из снов, в тёмной огромной комнате. Где время отсутствовало, где обитала тёмная, незнакомая, но всё же моя недостающая, потерянная частица души. Я стояла в той комнате боясь нарушить хрупкую тишину, боясь пробудить то, что спало здесь слишком давно. Стояла, пока не осознала: она больше не спит, незримо наблюдает за мной, ожидает чего-то.
Резкий, гулкий голос, что-то шептал на неведомом языке, эхом отражаясь от укрытых мраком, каменных стен. Я не понимала, голос шептал и шептал... Голос что-то хотел от меня, он настаивал, принуждал. Явственно ощущалась мольба. Порыв ветра ласково, едва ощутимо коснулся моего лица и темнота отступила, позволив мне увидеть, увидеть, но не разглядеть... Кровать, мерцающая серебристая паутина. Движение -и чётко услышала, понимая слова в моей голове:
- Ослабь контроль. Мы одно целое. Прими меня. Позволь мне...
И я захотела, захотела принять, то, что скрывалась внутри меня. Захотела всем сердцем обрести свободу, почувствовать всю эту силу, что предлагалась мне. Я дала согласие. Жидкое чёрное тепло накрыло меня, оборачивая, кутая, придавая уверенность.
С макушки дерева слетела стая ворон. Я их чувствовала. Смех вырвался из моего рта. Команды теперь отдавала Сила. Мозаика недостающего пазла сложилась дивным узором в моей душе. Я стала едина. ' Летите, защищайте, служите'...
Картинки образы, словно размытые пятна. Яркие пугающие. Может, я всё же спала ? Оглушительно громко каркая, с макушек деревьев спикировали крупные черные вороны, кружась, опускались всё ниже пока, крыльями не укрыли меня. Став щитом сотворённом из перьев и черноты.
Боксёр, как заведённый продолжал лепить и кидать снежки. Раз, два, попадая в птиц. Я ничего не видела, только слышала крики. Зажмурила глаза. Сознание меркло. Не знаю, сколько времени прошло. Мне было так хорошо. Я купалась в их боли, крови. Сила звонко смеялась, хохотом вырываясь из моего рта. Справедливость восторжествовала. Их страдания мало волновали меня. Эйфория диким танцем кружилась в моей крови. Сила росла и...
Когда я пришла в себя: фонарь снова горел, а на снегу пестрели кровавые пятна и повсюду валялись перья. Так много перьев.
Страх нахлынул, вызывая дрожь. Стучали зубы из глаз катились слёзы. Я всхлипывала, не в силах остановиться. 'Что же случилось'?
Подобрала сумку. Не могла логически мыслить. В памяти были сплошные белые пятна. Покачала головой- и как соманбула на автопилоте вышла на шоссе, устало направляясь к дому.
Остров драконов.
Земля в пору дождей была рыхлой, мягкой и влажной. Ноги Рикарды постоянно увязали в топкой грязи. Приходилось часто останавливаться и палкой-посохом счищать грязь с кожаных ботинок.
За её худощавой спиной в связке болтались жирные кролики. День был удачный. Все будут довольны и сыты.
Посмотрела на серое небо, по теням от высоких деревьях, ложащихся на влажную чёрную землю поняла, что близится полдень. Мох обвивал выступающие из-под земли узловатые корявые корни могучих дубов и елей. Не было слышно ни звука. В этой глуши, где раскинулись широкие непролазные топи, ничего не водилось. Но, здесь было безопасно, здесь можно было укрыться. Лес защищал своих детей, даже утративших силу.
Хижина пряталась под нависающим скальным обрывом. Одиноко стояла, обветшав, кроны деревьев нависая, укрыли её. Может поэтому она так хорошо сохранилась. Непрезентабельная снаружи, но сухая и уютная внутри.
