«Забирай ипостась», — два слова, приговор всему ордену. Но почему перестали рождаться драконы? Не из-за жадности, надменности, высокомерия ли последних?
«Пусть так, — думал инквизитор, чувствуя крылья за своей спиной, — но Таисию не отдам».
В комнате царила подозрительная тишина, только Мей всхлипывала, прижимаясь ко мне. Мой же ты котёнок белокурый.
Осторожно повернулась к лежащему рядом Николасу. Прислушалась, вроде дышит. Марахби смотрит пристально, Геран теребит ошейник. Сюда бы художника, семейную сцену зарисовать. В которой опять докопаются до меня.
— Тайсэ, лишайного волкодлака тебе под ноги, зачем? — врач потерял терпение первым.
— Вернулась? Мужа отпустили, вот и я сюда, — голова немного кружилась и в ногах неприятно иголочками кололо, но в остальном я была счастлива.
— Нет, зачем попыталась с того моста не возвращаться! — рявкнул полудемон, и вокруг его глупой рогатой головы заискрился рой снежинок. Марахби раздражённо от них отмахнулся, а я хихикнула.
— Арвейн жив?
— Да, ожоги проходят быстро. Я так понимаю, к королю он на праздник попадёт.
— Очень на это надеюсь. Геран, ты настучал? — ну а кто ещё? Не божества же всем скопом припёрлись жаловаться на моё поведение Марахби.
— Почему Сайе согласилась? — хрипло спросил тот в ответ.
— Без понятия. Наверно ты ей немного нравишься. Или сегодня звёзды удачно сошлись. Хорошо же, так какая разница? Не хочешь его снять?
— Опасаюсь, — Изари приблизился, мягко оттеснил девочку, помог мне удобно сесть на постели. — У демонов нет Предназначенности, Тайсэ.
— Да, ты уже говорил однажды. В моём мире и у людей её нет, сами выбираем, потом разгребаем последствия.
— Полагаю, от инквизитора ты не уйдёшь?
— Ну да, он ради меня от будущего драконов отказался. Не имею права поступать как хрюшка. А если серьёзно, ты ведь сам всё знаешь.
— Но почему?
— Просто люблю. Его есть за что, хотя сразу и не разглядеть, — протянула руку, ласково коснувшись волос Арвейна.
— Жаль, — ошейник лопнул, поддавшись сильным пальцам демона. Изари закрыл глаза, повёл плечами, разминая их. — Спасибо, — горячие губы прикоснулись к моему лбу. Целомудренно, по-отечески.
— Как только снимут стазис, я тебя убью, чтобы не лапал чужих женщин, — шёпот инквизитора для меня прозвучал громом. И я поступила совершенно нелогично, вместо того чтобы броситься обнимать любимого, разрыдалась. От пережитого страха, унижения, обиды, боли, безграничного облегчения. Выплёскивая всю эту длинную ночь. Теперь можно, ведь наконец всё будет хорошо.
Кабинет верховного инквизитора угнетал мрачной атмосферой, но теперь я чувствовала себя здесь как дома. Тем более здесь я бываю так же часто, как и в отстроенном заново доме.
— Арлин Сол, то обстоятельство, что вы являетесь отцом Таисии, никак не отменяет факта нашего с ней брака. И не даёт вам прав требовать от моей жены переехать в академию. Особенно пока ваш сын продолжает развлекаться кровной магией, нарушая равновесие. И вообще, почему напортачили вы, а разгребать должны в цитадели? Будьте благоразумны, как нейда Алара. Просто оставьте Таисию в покое.
Я сидела в кресле в кабинете Николаса и делала вид, будто меня тут нет. Внезапно возникшие родственные связи с ректором Солом меня не радовали, этот человек напоминал о болезненном прошлом.
С дня пожара прошло шесть месяцев, в течение которых мне пришлось пережить немало неприятных минут. Например, процедура признания крови в сестринстве. Алура настаивала на расторжение брака с инквизитором. Больше я с матерью не общалась. Пусть правит своими свободными нейдами, с алыми от сокрытого в них пламени сердцами. Я не ведьма, и не маг, к глубокому расстройству арлина Сола. И обучение моё в академии формальность, видимость соблюдения закона. Никогда не появятся силы, которыми надо управлять. С другой стороны, благодаря ректору, я изучаю то, что местные проходят ещё в школе. Мне нравится быть просто женой Николаса. Ждать его с работы, кормить вкусными ужинами, слушать удивительные истории, засыпать в объятиях. Большего для счастья не требовалось. Отец, как странно знать, что он вполне жив и пытается влезать в твои дела, не скрывал радости. Которую, к сожалению, омрачал не совсем здоровый, если судить по поступкам, брат. Инквизиция охотилась за отступником, меня охраняли круглосуточно, полагая целью безумца. Вспоминая все события, связанные с Дмитрием-Эриком, повода сомневаться в прогнозах элистера Горо, я не находила. Поэтому вела себя предельно осторожно.
