— Добрый! — как только уселся за стол, слуга принес мне парное молоко, тарелку разрезанного мяса и домашний горячий хлеб. Отправив в рот парочку, я наблюдал за Машей. Она подавилась и посмотрела в упор на меня:
— Не надо так глазеть на меня, я тебе не мартышка с цирка! — огрызнулась она. Я рассмеялся:
— Неужели Маша пришла в себя и готова с новыми силами продолжить борьбу? Она непонимающе выгнула одну бровь:
— Забудь, — отмахнулся я и продолжил завтракать.
После завтра каждый побрел по своим делам. Я решил сегодня же покорить ее и отметить наконец-то как госпожу этого поместья.
Приказал слугам оформить мою спальню в романтическом стиле и приготовить особенный ужин на двоих. Сам покинул поместье в волчьем облике, чтобы утолить жажду крови. Как только мой волк вдоволь поохотился, я вернулся почти к вечеру и все приготовления уже были готовы. Я был в своем кабинете, когда Герд вошел:
— Господин, вот красное сладкое вино пятисотлетнего содержания, — сдержанно сообщал мне детали помощник. Потом добавил:
— Вы это… по аккуратнее с госпожой, она очень ранимая.
Я впервые слышу такие советы от своего невозмутимого дворецкого.
— Герд, ты волнуешься за нее? — удивился. Он смутился. — Надо же, Герд умеет смущаться! Поразительно! — воскликнул я. Признать, даже весьма польщен, что здешние слуги как-то уважают Машу. Может из-за ее доброты, а может даже после той драки. Вспоминая это, мне хочется смеяться во весь голос.
— Господин, я знаю, что она особенная и жаль, что в таких обстоятельствах вы оба оказались. Если бы я мог повернуть время вспять и рассказать про будущее, может быть вы уже давно были бы женаты! — на его глазах навернулись слезы. Я встал с кресла и подошел к дворецкому и крепко обнял его:
— Спасибо, что ты всегда рядом. Даже если без тени эмоций говоришь что-то, я ценю тебя!
Он похлопал по моей спине в ответ и покинул кабинет. Затем я последовал до комнаты Маши. Постучал в дверь:
— Войдите! — послышался ее голос. И я увидела ее сидящей на кровати и расчесывающей свои волосы:
— Маша, привет! — поздоровался с ней. Идиот, я впервые почувствовал себя подростком, который первый раз жизни зовет девушку на свидание.
— Это. эм… слушай, может, поужинаем у меня?
Она вытаращила на меня удивленные глаза, и через секунду, придя в себя, ответила:
— То есть ты зовешь меня на свидание?
— Ну, типа того, — смутился я.
— Ну, ок. Попробуем, — ответила она, спрыгнув с кровати.
— Яои? — вопросительно глянула на нее.
— Она только что ушла, — отмахнулась Маша. Я подошел к ней и прикоснулся к вискам. — Что?
— Проверяю температуру. Я думал, что ты пошлешь меня куда подальше, — пожал плечами. Она рассмеялась:
— Айрин, это с тобой что-то не так. Пошли, поужинаем, а то я голодна, как волк, — резко замолчала.
— Что-то случилось? — заволновался.
— Да нет! Все хорошо! — весело отмахнулась она.
Когда прибыли в мою спальню она вопросительно на меня глянула:
— Ужин на двоих в тишине и подальше от посторонних глаз, — объяснил ей и распахнул двери.
— Вау! — восхитилась. — Ты готовился? — с сарказмом спросила Маша.
— Да! — весело улыбнулся я, а мой волк уже в предвкушении ожидал ночи.
Мы съели все, что было приготовлено и выпили всю бутылки красного вина.
— А-а-а-йрин…ик… знаешь… ик, я… нена-ненавижу те-те-бя! Ик! — икая, пролепетала она, когда я уложил ее в постель. — Но, ик, черт побери…ик… тебя! Ка-ка-кой ты…ик секс-сексуальный! Ик, — с трудом проговорила она.
— Маша, ты пьяна, — нежно погладив по голове, ответил ей.
— Не-не-не. Я совсем…ик… не…ик пьяна! А-а-а-йрин! Знаешь…ик! Ты сделал…ик мне бо-бо-льно тут, ик! — указывая на сердце сказала. — Я сначала думала, ик… что мо-может даже…ик… что-то пол-пол-получится, но…ик… с Дьяволом ничего… ик… не получится! ИК!
Нет, она все по пьяни говорит. Она может, в душе сейчас счастлива! Да! Она хочет отомстить мне за все зло, что я причинил ей. Я все выдержу ради тебя, моя Луноликая.
— Но, черт…ик! Я хочу…ик тебя! — уже прошептала Маша и я замер. Эти заветные слова я не ожидал услышать. Мой волк счастливо запрыгал.
— Маша, ты пьяна! Давай поговорим завтра! — отпуская ее ладонь, прошептал я. Ведь не могу сейчас соблазниться на это и трахнуть ее.
Она поймала мою руку и сказала:
— Я хочу…ик… те-тебя! Возьми…ик меня! Другого раза уж-уже-е…ик… не мо-мо-может бы-быть!
Черт! Я зарычал и сорвал с нее черное платье, и она оказалась в нижнем белье. Девушка аккуратно сняла с меня рубашку с четвертого раза, а вот штаны я снял сам. Ее глаза блуждали по моему телу, и наткнулись на мой член. Вот тут ее глаза округлились.
— О Боже! — прошептала она, и я посчитал, что это знак и сорвал последние куски материи. Девушка оказалась совсем нагой.
— Коснись меня, — прошептал я. Вся такая нежная и одновременно невинная Маша притянула меня к себе, оказавшись сверху. Она сначала робко коснулась моей груди. Потом осмелела, алкоголь на нее подействовал. Девушка провела ладонями по плечам, потом по животу, заводя меня с пол оборота.
— Я так давно хотел, чтобы ты коснулась меня, — нервный смешок вырвался из моей груди.
