Я не ждала его ответа. Я опустила голову и поспешно пошла по тротуару, который вился вокруг главного школьного здания. Почти бежа трусцой, я повернула направо и подошла к железной скамье, которая была под одним из деревьев в кругу, окружавших фонтан и небольшую, похожую на сад область, которую недолетки называли внутренним двориком преподавателей, потому что он был рядом с той частью школы, в которой они размещались. Я знала, если бы кто-то выглянул из больших, декоративных окон, то заметили бы меня, но я также знала, что все преподаватели должны были заканчивать шестой урок в классных комнатах, и это означало, что было всего одно место в кампусе в это время, где я могла без лишних свидетелей побыть одна.
Так что я сидела там, в тени большого вяза, пытаясь обрести контроль над своими мыслями. Присутствие Аурокса вносило беспорядок в мой разум, и я не знаю, почему. Прямо сейчас, прямо в эту секунду, меня это не заботило. Мама умерла. Что бы Неферет и Тьма ни запланировали для меня, они могут идти к черту с этим. Пусть все идут к черту. Мои мысли были вульгарны и жестоки, но слеза, скользящая по щеке, говорила совсем о других чувствах.
Мамы больше нет. Она не ждет дома шагов неудачника и не возится на кухне. Я не могу позвонить ей и заставить злиться на меня, а затем отчитать за то, что я дрянная дочь. Это было странное чувство — остаться без матери. Я имею в виду, что она и я не были близки больше трех лет, но все же в глубине моего сознания всегда была надежда, что однажды она придет в себя, оставит этого идиота, с которым она напортачила и вышла замуж, и вернется к нам. Мама.
— Она ушла от него, — сказала я. — Я должна помнить об этом.
Мой голос надорвался, но я откашлялась и опять заговорила вслух в ночь.
— Мама, я сожалею, что не успела сказать тебе прощай. Я люблю тебя. Всегда любила. И всегда буду любить.
Тогда я опустила и закрыла свое лицо руками, отдаваясь той ужасной печали, которая разрасталась внутри меня, и зарыдала.
Аурокс
Недолетка, которую звали Зои — единственная с необычными татуировками, покрывшими не только её лицо, но и её плечи, руки, и, как рассказывала ему Неферет, некоторые части её тела — заставляла его чувствовать себя странно.
Неферет сказала, что Зои её враг. Соответственно, Зои и его враг тоже. Она та, кто представляет угрозу для его госпожи, она опасна… видимо это опасность, вот почему он почувствовал несоответствие, когда она прошла рядом. Аурокс заметил в какую сторону поспешила Зои. Он должен замечать все, что касается её. Зои опасна.
— Неферет, мне нужно поговорить с вами относительно новых занятий, проходящих на арене Ленобии, — проговорил Дракон Ланкфорд.
Холодный взгляд зеленых глаз Неферет обратился к Дракону.
— Высший совет постановил, что эти недолетки останутся там, по крайней мере, на некоторое время.
— Я понимаю это, но…
— Но ты скорее бы обучал Пересмешника в своем классе? — оборвала Неферет.
— Рефаим больше не Пересмешник. — перебила ее Красная Верховная жрица, защищая своего супруга.
— И всё же, он называет тех тварей, тех Пересмешников, братьями, — сказал Аурокс.
— Именно, Аурокс, важное наблюдение, — сказала Неферет, даже не глядя на него. — Так как ты мой подарок от Никс, то, я думаю, важно, чтобы мы прислушивались к твоим наблюдениям.
— Вы ярая последовательница Сэма Хилла?? Они его братья. Он не скрывает этого. — Качая головой, Красная Верховная жрица заглянула в его глаза. Аурокс видел в них печаль и гнев, но эти эмоции не были достаточно сильными для него… он не мог вытянуть из них силу.
— Вы не должны были убивать того Пересмешника. Он ни на кого не напал.
— Ты считаешь, что нам следует дождаться, когда эти твари убьют еще одного из нас до того, как мы начнем действовать? — спросил Дракон Ланкфорд.
Гнев Фехтовальщика был более, чем осязаем и Аурокс поглотил некоторую часть этой силы. Он чувствовал, как она вскипала в его крови… пульсируя… насыщая… изменяя.
— Аурокс, здесь в тебе больше не нуждаются. Ты можешь приступить с своим обязанностям. Начни отсюда, с главного здания школы, и двигайся вокруг, по периметру кампуса. Патрулируй территорию. Будь уверен в том, что ни один из Пересмешников не вернется.
Его госпожа взглянула на Красную Верховную жрицу и добавила:
— Мой приказ — атаковать только тех, кто угрожает тебе или школе.
— Да, Жрица.
Он поклонился ей и пошел прочь, прямо через дверной проем в ночь, слыша, как Красная Верховная жрица все еще защищает своего супруга. Она тоже враг, хотя его госпожа сказала, что другой разновидности — той, которую можно использовать.
Аурокс обдумывал сплетения всех, кто противостоял Неферет. Она объяснила ему, что, в скором времени, все эти недолетки и вампиры или подчинятся ей, или будут уничтожены. Его госпожа с нетерпением ждала этого дня. Аукрокс так же ждал его.
