— Чтобы кто-нибудь, например Дракон, смог незаметно подкрасться к нему, когда он будет в полном одиночестве? Я так не думаю, — сказала Стиви Рей.
— Я не понимаю, — сказал Рефаим.
Я вздохнула.
— Афродита получает видения о смертях. Иногда они очень четкие, и их легко предотвратить. Иногда они сбивают с толку.
— Потому что я нахожусь внутри человека, которого убивают. Так, как это было с тобой. И, если уж говорить об этом, такие перелеты кажутся жуткими. Что бы ни думали твои куриные мозги.
— Это совсем не ужасно, когда у тебя есть крылья, — прозаично сказал Рефаим.
— Ха, — сказала я.
— Нет, — отчетливо произнесла Стиви Рей. — Держи при себе все, что нашла в его голове. Это никого не касается.
— Она побывала у меня в голове? — Рефаим явно смутился еще больше.
— В видении да. Этого больше не случится. Надеюсь. И в видении над Драконом что-то нависло. Это был бык, или по крайней мере тень быка.
— Тень быка? — у меня скрутило желудок. — Была ли она мертвенно-белой, та тень, что ты видела?
— Нет. Это определенно было что-то другое.
— Ты видела, какого она была цвета?
— Зои, у теней лишь один цвет, — возразила она.
— Аурокс, — произнес Старк.
— Ты видела Аурокса? — быстро спросила я.
— Нет. Просто тень быка. И к сведению, я согласна с тобой, Старком и Дарием: птенчику следует держаться подальше от Дракона. Если это значит, что он остается здесь, то так тому и быть. Теперь, могу я попросить наполнить мой бокал вином и дать мне немного отдохнуть?
— Не думаю, что тебе полезно пить, пока у тебя течет кровь, как сейчас, — сказала Стиви Рей.
— Не сомневайся во мне. Я профессионал, — перебила ее Афродита.
— И что же это значит? — спросила я.
— А это значит, что моей красавице больше нечего сказать, она нуждается во сне, — сказал Дарий.
— Скоро должны доставить пиццу, — сказала Стиви Рей. — Я и тебе заказала одну.
— Если я не буду спать, когда ее доставят, то поем, — ответила Афродита. Затем она сняла полотенце с глаз и моргнула, медленно открывая их. Я была готова. Я уже видела это раньше. Однако Рефаим не был.
— Ради всех богов! Ты плачешь кровью, — выпалил он.
Она посмотрела на него своим пристальным красноватым взглядом.
— Да. Даже я знаю как это ужасно символично. Птенчик, ты должен запомнить это. Я получила это проклятое видение, потому что в нем было сообщение для тебя. Держи свою задницу в безопасности. Держись подальше от заостренных предметов и, если это значит, что ты должен держаться в стороне от Дракона Ланкфорда, то сделай это.
— Как долго? — спросил он ее. — Сколько я должен скрываться от этого вампира?
Она встряхнула головой:
— У меня было предостережение, а не точное время.
— Я бы предпочел не прятаться.
— Я бы предпочла, чтобы ты был жив, — сказала Стиви Рей.
— Я бы предпочла поспать, — сказала Афродита.
— Хорошо, пойдемте, — сказала я и передала Дарию последнюю бутылку воды. — Постарайся напоить ее этим между бокалами вина.
— Я все еще здесь. Вам вовсе не обязательно говорить обо мне так, будто я вас не слышу, — она отсалютовала своим стаканом, словно произнесла тост, и осушила его.
— Ты под градусом, так что я пропущу это мимо ушей, — сказала я. — Отдохни немного. Поговорим позже.
Мы вышли из комнаты Афродиты. Рефаим и Стиви Рей держались за руки и разговаривали вполголоса друг с другом, пока мы шли наверх через туннели, где снаружи нам надо дождаться очень озадаченного парня из доставки, который, как я знала, получит отличные чаевые.
— Что ты думаешь о видении? — спросил Старк, обхватывая меня рукой и крепко прижимая к себе.
— Я думаю, Стиви Рей будет проблемой. Она будет стараться защитить Рефаима так сильно, что в конечном итоге сама его убъет.
Старк кивнул и стал мрачным.
— Так работает Тьма. Она обращает любовь во что-то вредоносное.
Его слова удивили меня. Это прозвучало так цинично, так по взрослому.
— Старк, Тьма ни во что не может превратить любовь. Любовь это единственная вещь, которая останется после Тьмы, смерти и разрушения. Ты знаешь это, или должен знать.
Он остановился, а затем вдруг я оказалась в его объятиях, и он сжимал меня так крепко, что я почти перестала дышать.
— Что случилось? — прошептала я ему. — Что-то не так?
— Иногда я думаю, что только я должен был умереть, а Хит должен был остаться с тобой. Он верил в любовь намного сильнее меня.
— Я не думаю, что величина твоей веры так уж важна. Я думаю, важно только то, что ты веришь в это.
— Тогда все будет в порядке, потому что я верю в тебя, — сказал он
Я обхватила его руками и крепко обняла, пытаясь успокоить его и себя прикосновением, потому что одних слов было бы недостаточно.
Неферет
"Как продвигаются твои дела в творении хаоса, моя бессердечная," в ее разуме раздалось эхо глубокого голоса быка.
