– Думаешь, если у тебя получилось развязать язык этой шавке, то со мной будет так же? Загляни под мою рубаху, крысеныш! На моем теле десятки шрамов! Меня резали и жгли огнем! Боль – мой давний спутник, и я давно готов умереть!
– О, я охотно вам верю, сержант, – кивнул я. – Даже не сомневаюсь в вашей смелости и стойкости. Сталь? Огонь? П-ф-ф… Что за варварство! Мы поступим иначе.
Под сосредоточенным взглядом Берка я неспешно поднялся со стула и двинулся в его сторону.
– Не знаю, слышали ли вы когда-нибудь о том, что в теле человека существует множество точек или, как их еще называют, узлов боли. Достаточно легкого воздействия на них – и даже самый крепкий и стойкий к пыткам человек превращается в беспомощную тряпку. Страдание не будет яростным и быстрым, как от стали или огня. Оно будет медленным, тягучим… почти ласковым.
Берк порывисто задышал, рыча проклятия.
– Палачей, владеющих этой техникой, можно пересчитать по пальцам, – продолжил я, игнорируя оскорбления. – Нужен талант и многие годы обучения, чтобы познать секреты этого мастерства. Такие люди или нелюди служат королям и герцогам. Имя одного из них вы наверняка слышали. Мэтр Сарсон.
Судя по тому, как расширились глаза Берка, он прекрасно знал, о ком я говорил. Да и какой вестонец не знает о главном палаче Карла Третьего.
Я остановился прямо перед сержантом и наклонился, заглядывая в его глаза.
– Сегодня вы лично познакомитесь с этой техникой.
На лбу Берка выступил пот, но он держался, стиснув зубы. Однако его взгляд дрогнул, впервые за все время в нем мелькнуло сомнение.
– Должен заметить, чтобы овладеть этой наукой, мне не понадобилось много времени, – произнес я, переходя на истинное зрение. – Дело в том, что я с рождения имею некоторое преимущество. Мне не надо заучивать расположение этих точек. Тому, кто видит энергию, не обязательно заглядывать под вашу одежду, чтобы рассмотреть ваши шрамы. К примеру, я сейчас вижу, что ни одно из ваших ранений ни разу не соприкоснулось ни с одним из узлов боли.
Сделав короткую паузу, я добавил:
– Хм… Кстати, Том мне о вас тоже кое-что рассказал. По сравнению с вами, сержант, он и остальные члены вашего отряда – невинные овечки.
Я поднял руку, и мои пальцы окутала золотистая дымка. Магическое сияние отразилось в широко раскрытых глазах Берка.
– Ты… – ошарашенно прохрипел он.
– Итак, сержант, – ледяным тоном перебил его я. – Вопрос первый. Кто отдал тебе приказ убивать путников, прикрываясь моим именем?
Спустя примерно час я открыл двери дома и вдохнул полные легкие свежего ночного воздуха. Небо, чуть подсвеченное бледной полосой на востоке, плавно светлело. Сегодня будет теплый и солнечный день…
Взглянув в сторону изгороди, я усмехнулся. Тихоня, уже оседланная, мирно ощипывала траву рядом с сараем.
Я оглянулся. Сержант Берк провожал меня мертвым взглядом. На его лице застыла гримаса боли, а на его груди висела дощечка с нарисованным кровью лисьим хвостом. Вокруг лежали трупы его подельников – послание всем тем, кто творил бесчинства на дорогах от моего имени.
После откровений этой твари хотелось сбросить с себя всю одежду и тщательно вымыться.
От легкого прикосновения к моей руке я слегка вздрогнул.
– Кто такой этот Луи де Роган, о котором говорил этот человек? – спросила меня Селина, кивнув в сторону, сидевшего на стуле, мертвеца.
Я прищурился и с удовольствием повел шеей, а потом взглянул на льюнари.
– Один мой старый знакомый, с которым нам с тобой предстоит еще встретиться.
Вестония. Эрувиль. Новая столица. Особняк барона де Леви.
– Ваше сиятельство, барон де Люсиньян просит принять его, – слегка дрожащим голосом сообщил лакей сидевшей у окна Хельге, которая внимательно изучала знаменитый трактат магистра Дикюза «О теневых травах», приобретенный ею в столичной лавке.
– Ты же сам знаешь, что твоего господина сейчас нет дома, – в своей грубой манере произнесла она, не отрываясь от книги. – Пусть уходит.
Лакей непроизвольно сглотнул. Барон де Леви вернулся несколько месяцев назад и привез с собой эту северную маркизу, которая сейчас даже ухом не повела, услышав имя, пожалуй, одного из самых опасных людей в столице.
Первое время все слуги в доме только и обсуждали ее манеры, вернее, их отсутствие. Но постепенно обитатели особняка парфюмера принца Луи свыклись с причудами и нравами этой странной девушки. А после того, как она легко и без особых усилий исцелила ужасный ожог у старшей поварихи, от которого не осталось ни следа на коже, отношение к Хельге резко изменилось. Среди народа маги-целители всегда пользовались особым почетом.
– Но этот посетитель прибыл именно к вам, – жалобно возразил лакей. – Прикажете проводить его в каминный зал?
– Нет, – отмахнулась Хельга и подняла голову. На ее лбу появилась тоненькая морщинка. Странный визитер ее озадачил. – Веди его сюда.
