– Это предупреждение, – после этих слов, главный достаёт пистолет и стреляет мне в ногу.
Резкая боль пронзает всё тело мгновенно. Падаю на асфальт, сукаааа.
Те моментально без лишних свидетелей запрыгивают к себе в авто и сваливают подальше от места преступления.
Кровь хлынула рекой, рукой зажал рану и с ужасной болью в ноге поднялся, дотащился до машины, тут же позвонил другу.
***
– Твою мать, Мороз, какого хрена выперся к ним! Они ж могли и в голову пальнуть, – с пеной у рта орал Геннадий.
– Ладно тебе, всё обошлось, – говорю я, а сам корчусь от боли на больничной койке.
Пулю вытащили, рану зашили.
– Одно радует, эти придурки видеорегистратор не заметили, я тебе обещаю, п@здец им скоро, – грозился Гена, звоня своим сослуживцам и знакомым в полиции.
Не успел ему ничего сказать, как в палату влетела Аня.
Гена… просил же никому не говорить!
Девушка тут же указала моему другу на дверь, тот вышел не медля.
– Идиот, я вся посидела, когда мне Гена позвонил! – она кинулась ко мне, сначала ударила по груди свой маленькой ладошкой, а затем обняла двумя руками так, что мои кости хрустнули.
Откуда сила взялась!?
– Всё хорошо, не умер же!
Как только я это сказал, то клянусь, она убила меня взглядом.
– На... Бери и надевай! – Аня сняла со своего пальца кольцо, которое ей принёс курьер для фальшивой помолвки.
– Не понял? – удивлённо поглядываю то на кольцо, то на девушку.
– Что ты не понял, спроси у меня... Готова ли я выйти за тебя.
У моей Анечки снова забегали ненормальные тараканы в голове.
– Спрашивай, говорю! – прикрикнула она на меня.
– Анна Андреевна, станете ли вы моей женой? – с улыбкой, чуть ли не смеясь, произносил я.
– Да! – радостно сказала Вишневская и протянула мне свою руку.
Я надел ей кольцо на палец, она теперь моя, вся без остатка.
– Если бы я знал, что нужно быть на волосок от смерти, чтобы мне сказали «да», то уже бы давно спрыгнул с крыши, – смеялся я, обнимая свою любимую.
– Дурак! – мило и с любовью было произнесено это оскорбительное слово.
Анна
У меня мир из-под ног ушёл, когда узнала, что в Морозова стреляли.
Я так испугалась его потерять, в ту же секунду поняла, что прощу любые его поступки, только лишь бы жил и был рядом.
В больнице ни на секунду одного его не оставляла, прилипла как банный лист.
К вечеру его выписали с условием, что будут соблюдать всё назначения врача.
– Не переживайте, я с него глаз не спущу, – забрала у врача выписку и рекомендации.
Взяла под руку своего раненого голубя, и похромали мы домой, к сыну.
– Брат, – налетел на нас с порога Антон. – Я себе места здесь не находил, – он радостно обнял Александра.
– Боже, оказывается, я всем нужен, все меня любят, – смеялся будущий муженёк.
– Антон ты внимания не обращай, его, кажется, и по голове ещё приложили, – повела раненого в комнату, отдыхать. Ногу напрягать запретили.
Заглянула в комнату к сыну, тот мирно спал, няня изумительно справилась со своей работой.
Я больше переживала.
***
Время уже близиться к ночи, я достала аптечку, сижу и жду, когда Морозов выйдет из ванной.
– Ну… нееет, – протянул он, заметив в руках зеленку и пластырь.
– Давай, давай! Ложись на кровать, я всё сделаю.
– Может, кое-что другое сделаешь, – он подмигнул мне и повалился на кровать.
Ох, сделаю, щас как сделаю, пощады просить будешь!
Налила на ватку кучу зеленки и прижала к ране, мужчина весь вздрогнул, глаза выпучил, но не кричит.
Терпит, боится показаться слабым.
Всё обработала и заклеила.
– Готово, разворачивайся и спи, ты сегодня устал.
Вместо того, чтобы послушаться свою невесту, он взял меня за руку и повалил на себя.
Обхватил обеими руками талию, зажал в тиски.
Начинает целовать мою шею, по коже мгновенно побежали мурашки.
Добрался до губ, мягкий нежный поцелуй, возбуждал ещё больше чем страстный.
– Довольно, – остановила его, пока не стало поздно. – У тебя боль в ноге, нужен покой, потерпи, – положила голову ему на грудь и включила телевизор.
– То есть предлагаешь смотреть фильм? – поморщился мужчина. – Ладно, настаивать не буду, – он щелкнул пальцем мне по носу.
***
Прошло две недели. Мы решили собрать друзей в выходные у себя. Отпраздновать выздоровление Александра и снятие всех обвинений с его брата.
Шашлык и баня, прекрасный отдых без лишних людей, только свои.
– А помнишь, как ты на спор эту баню сам строил? – Гена с удовольствием откусил кусок мяса.
Мы находились в пристройке к бане, больше похожей на уютную комнату для отдыха.
– На что вы только не спорили, – обижено произнёс Антон.
– Бедный малой, столько натерпелся от нас! – Александр взъерошил волосы младшему брату.
– Когда в старшей школе ты отрезал ему крысиную косичку, то было жестоко, – смеялся Гена.
– Боже, они сумасшедшие! – шептала мне на ухо Юля, которая слушала рассказы двух друзей.
– Ребят, баня готова, кто первый погреть косточки, – Жора вошёл к нам и тут же обнял свою жену.
– Готова сидеть в парилке вечность, – я была в предвкушении, обожаю бани и сауны.
– Даааа, спорим, что я дольше просижу, – Морозов пододвинулся ко мне и вызывающе посмотрел.
– Веником по одному месту получить не боишься?
