В это утро Чарли старался собираться как можно тише, что ему совершенно не удавалось. Постоянно боялся, что разбудит нас, и я не стала его расстраивать, тихо лежа в своей комнате. Удостоверившись, что он уехал, я позволила себе подремать ещё часик и проснулась только в начале одиннадцатого. Быстро приведя себя в порядок и отметив, что платье уже почти не болтается, я слетела вниз, впившись плотоядным взглядом в безмятежно спящего молодого человека.
- С добрым утром, завтрак. - Сладким голосом, не предвещающим ничего хорошего, пропела я ему на ухо и, оскалив клыки, потянулась к его шее.
- Сгинь, вампирюга. - Пробурчал сонным голосом мой Покровитель, запуская в меня своей подушкой.
Я для вида её покусала:
- Тьфу. Она не съедобная, хотя и пахнет человеком, этим ты от меня не откупишься.
- Вот прицепилась, клещ кровосос. - Засопел Демиан, накрывая голову одеялом.
Надувшись как мышь на крупу, я села на край дивана и постучала по укрытой одеялом спине.
- Никого дома нет, а я сплю.
- А тебе не страшно спать, когда по дому бродит голодный вампир. - Вопросила я у телевизора.
- Меня уже кусали. - Демиан многозначительно потёр левое предплечье. Да было дело. Лет в шесть играли с ним в вампира и его жертву. Он потом все Догеве раструбил, что мне надо одевать намордник. - Так что уже не страшно.
- Тогда у меня были молочные зубы, так что тот укус не считается.
- Значит, будим считать его прививкой. - Отчаянно зевая, Демиан сел.
- Ты проснулся? - лучезарно оскалилась моя светлость
- Поспишь тут как же, когда по дому бродит злобная ведьма.
- Я не ведьма, я дипломированная магичка. - Деланно надувшись, я отправилась на кухню.
- Что же ты, магичка, завтрак себе не приготовишь? - Донеслось из гостиной.
- Я же сказала, что я магичка, а не кухарка. Так что мои способности заканчиваются на изготовлении иллюзий, а ими особенно не наешься. - Вздохнула я, открывая пустой холодильник.
- Я вчера заметил, как ты себя извела. - Он наклонился к холодильнику поверх меня. - Мда. Печально. Значит на завтрак у нас яичная пицца. Есть возражения? Правильно, нет ворожений. А кто надумает возражать, будет сидеть голодный.
Я уселась за стол, что бы не мешаться у него под ногами, а Демиан заметался по кухне:
- А что такое яичная пицца?
- Ну, это национальная еда русских холостяков. Берёшь все съедобное и не стухшее, что найдешь в доме, обжариваешь на сковородке, на всякий случай, и заливаешь взбитыми куриными яйцами, если они конечно тоже есть.
В нашем случае заливать пришлось хлеб, с остатками какой-то колбасы и вчерашней картошки, что каким-то чудом укрылась от взгляда Демиана прошедшей ночью.
- Ты сегодня выглядишь чуть худее. Без морока?
- А от кого мне прятаться?
Все эти годы в общении со мной Демиан придерживался поведения моего отца. То есть я однозначно была для них ребёнком, которому надо потакать во все прихотях, иногда давая подзатыльники. Разница между ними была только в том, что отец считал меня более хрупкой. Так что мое повидение с завтраком нисколько его не смущало, а наоборот поднимало настроение.
- Вот теперь моя душенька довольна. - Изрекла я, закончив с завтраком. - Думаю, что до обеда я тебе, скорее всего, не съем.
- Ладно, живоглот, иди одевайся, пора ехать по магазинам.
Я поскакала наверх, распахнула шкаф и приуныла.
- Дим, а что мне одеть? - прокричала я, пялясь на пустые вешалки.
- Ты что уже и одеться без моей помощи не можешь?
- Просто боюсь растеряться в таком многообразии.
- Картина подозрительно напоминает холодильник Чарли. - Изрек он, оглядывая мои скромные пожитки. Все, что у меня было, не подходило ни по погоде, ни по моде данного мира.
Путем коллективных умственных усилий, было решено, что я надену старые брюки, прикрытые мороком и белую рубашку, а Демиан пожертвует мне свою куртку, и первое, куда мы заедим, будет магазин одежды.
Поездка до Сиэтла заняла у нас три с половиной часа, с учетом остановки у продуктового магазина. Так как выехали мы достаточно поздно, времени на нормальный обед просто не оставалось и нам пришлось довольствоваться ход-догами.
Демиан затащил меня в магазин джинсовой одежды и заставил перемерить десять пар джинс. Уже после первых я поняла, что это не моё. Двигаться в них практически невозможно, ноги как верёвками стянуты. Но мой Покровитель выбрал и расплатился за шесть штук, мотивируя это тем, что я привыкну и тут это самая распространенная подростковая одежда. Одни из них мне приказали одеть немедленно, так что практика началась раньше, чем мне бы хотелось. Планы пошли наперекосяк и до шести часов мы, с постоянными склоками, бегали по магазинам, после чего я обновилась целым ворохом вещей на все случаи жизни: от спортивного костюма до дорогущего кроваво красного вечернего платья, слишком откровенного для моего мира и совершенно бесполезного в Форксе. Заднее сидение было завалено под завязки, а деньги на карточке Демиана начали кончаться, когда мы добреди до первого ювелира.
