Предшественники Шекспира полностью

Такимъ образомъ въ исторіи моралите мы различаемъ два последовательныхъ періода развитія: первый, древнйшій, когда моралите находятся подъ вліяніемъ мистерій, и второй, позднйшій, когда он разрываютъ связь съ религіей и теологической моралью и подъ вліяніемъ народно-бытоваго элемента постепенно отршаются отъ своего символическаго характера, сбрасываютъ съ себя балластъ аллегоріи и преобразовываются въ простое театральное пpeдcтaвлeніе, имющее своею главною цлью реальное изображеніе жизни.

Скажемъ же нсколько словъ о каждомъ изъ этихъ періодовъ.

Чтобы познакомиться съ моралите въ первомъ період ея развитія, мы изложимъ содержаніе одной изъ древнйшихъ англійскихъ моралите The Castle of Perseverance ⁶⁵) Предварительно замтимъ, что символическое представленіе души человка въ борьб съ страстями въ вид замка, осажденнаго семью смертными грхами, принадлежитъ къ числу любимйшихъ аллегорій среднихъ вковъ. Эпическимъ прототипомъ ихъ можетъ служить аллегорическая повсть Le Songe du Castel ⁶⁶), идея которой легла въ основу разбираемой нами моралите.

Пьеса открывается разговоромъ трехъ аллегорическихъ фигуръ: Вселенной, Плоти и Дьявола (Mundus, Caro and Belial), похваляющихся своей властью надъ людьми. Затмъ появляется на сцен только что родившееся Человчество (Humanum Genus) въ сопровожденіи двухъ ангеловъ — добраго и злаго, изъ которыхъ каждый хочетъ руководить имъ на жизненномъ пути. Подумавши немного, неопытное Человчество подаетъ руку дьяволу, и звукъ трубъ возвщаетъ о побд злаго начала. Дьяволъ ведетъ своего воспитанника въ міръ и сдаетъ его на руки двумъ изъ самыхъ преданныхъ своихъ пособниковъ — Сладострастію и Глупости, а т уже, въ свою очередь, знакомятъ его со всми смертными грхами. Изъ нихъ Роскошь, олицетворенная въ вид молодой и прекрасной женщины, становится его любовницей. Между тмъ добрый ангелъ сильно кручинится о погибающемъ Человчеств и подсылаетъ къ нему Исповдь, но видно пребываніе въ обществ смертныхъ грховъ до того пришлось по вкусу Человчеству, что оно забыло и думать о возвращеніи на путь истинный. Исповдь уходитъ ни съ чмъ, а избалованный представитель человческаго рода кричитъ ей вслдъ, что она пришла слишкомъ рано, что страстная пятница еще далеко и т. п. Наконецъ съ помощью Раскаянія доброму ангелу удается вырвать Человчество изъ власти смертныхъ грховъ и для большей безопасности заключить его въ Замокъ Постоянства (The Castle of Perseverance), гд охраной ему будутъ семь главныхъ добродтелей. Но дьяволъ по опыту знаетъ свою власть надъ человчествомъ и, нисколько не унывая, начинаетъ съ помощью своихъ друзей и союзниковъ правильную осаду крпости. Должно полагать, что эта осада продолжалась довольно долго, ибо Человчество успло посдть въ это время. Старанія дьявола на этотъ разъ оказались безуспшными; онъ и его союзники были отбиты на всхъ пунктахъ и принуждены были отступить въ безпорядк. Въ особенности они пострадали отъ колючихъ розъ, которыми въ нихъ бросали со стнъ замка Милосердіе и Терпніе. Видя, что силой ничего не подлаешь, дьяволъ пускается на хитрость и подсылаетъ къ Человчеству любимую спутницу старости — Скупость. Дйствительно ей удастся склонить Человчество бжать изъ замка, и одна изъ добродтелей извиняется передъ публикой за себя и своихъ сестеръ въ томъ, что он прозвали. Впрочемъ Человчеству не долго пришлось пожить въ обществ Скупости; дни его уже сочтены, — и вотъ являются Смерть и Душа, чтобъ положить конецъ его существованію. Человчество умираетъ; Дьяволъ взваливаетъ его себ на плечи и съ торжествомъ несетъ въ адъ, Затмъ сцена дйствія переносится на небо и въ совт высшихъ силъ происходитъ обычный споръ объ участи покойника. За него говорятъ Милосердіе и Миръ; противъ него — Правосудіе и Истина. Богъ склоняется на сторону первыхъ, и велитъ извлечь душу Человчества изъ ада. Пьеса оканчивается поучительнымъ монологомъ Бога къ людямъ, въ заключеніе котораго Богъ поетъ самому себ: Те Deum laudamus ⁶⁷).