Предсказание полностью

Гарри понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя и уложить в голове всё, что на него свалилось. Больше всего его потрясло не само предложение Джинни, а ее тон. Словно он слышал Малфоя... Или отдалённое эхо слов Снэйпа...

«И тем не менее, со мной всё нормально. Мне по-прежнему нравятся девушки. (А я по-прежнему нравлюсь Джинни!) А Малфой... Это был всего лишь плохой сон. Сон. И об этом надо просто забыть. Мне сейчас есть, о чём подумать».

Гарри вышел в коридор, немедленно отключил периферийное зрение, упёрся взглядом в пол и направился к переходу, ведущему к библиотеке. «Я не должен прятаться». Путь до соседнего крыла дался Гарри с трудом. Учеников ему попалось немного, но пялились они на него так, что Гарри кожей чувствовал их взгляды. «К чёрту вас всех... Ничего не случилось. Всё в порядке. Всё будет хорошо».

Чтобы не отвлекаться ни на какие внешние раздражители и не думать о предстоящем зельеделии, Гарри решил считать про себя. Ему с детства была знакома эта тактика: когда Дурсли начинали изводить его нотациями, Гарри немедленно отключался и считал, считал, считал... Это помогало не слушать. Это помогало не думать. Очень действенный рецепт... Гарри взял в библиотеке справочник, который посоветовала Гермиона, и побрёл обратно. «Теперь надо заставить себя пойти на зелья... Не знаю, как, но я должен туда пойти и вести себя, как ни в чём не бывало... Восемьсот тридцать один, восемьсот тридцать два...»

Гарри закинул рюкзак со справочником Грюнгера на плечо и вместе с несколькими учениками шагнул на отъезжающую от порога лестницу. Только бы не опоздать... Если повезёт, лестница причалит как раз к нужной площадке.

Во время осады Хогвартса Центральная башня получила много повреждений, и весь прошлый год с передвигающимися лестницами творилось что-то совсем из ряда вон выходящее. Теперь они мотались туда-сюда не хуже чокнувшихся лифтов, а подчас настолько блокировали некоторые переходы и пролёты, что учителям приходилось использовать магию, чтобы призвать упрямую лестницу, зависшую где-нибудь посередине пропасти, в которую превратилась Центральная башня. Жутко утомительно, но зато теперь у учеников было надёжное оправдание для опозданий.

Гарри и ещё несколько ребят успели спрыгнуть на небольшой площадке, пристроенной к стене - к ней как раз направлялась нужная Гарри лестница - но в самый последний момент упрямая махина резко повернулась в другую сторону, а ученики остались стоять на небольшом каменном островке. Гарри немедленно вспомнилась одна из компьютерных игрушек Дадли - там нужно было успеть запрыгнуть на лестницу, пока не обвалился пол. «Девятьсот сорок четыре, девятьсот сорок пять... Будем надеяться, какая-нибудь из лестниц всё-таки причалит...»

- Похоже, застряли, - сказал кто-то из ребят у него за спиной.

- У нас ещё пятнадцать минут, - возразил ему другой.

- Я в прошлом году так полчаса провисел. Снэйп с нас тогда пятьдесят очков снял.

- Слава Богу, у нас сейчас чары, Флитвик в этом смысленормальный, с пониманием...

- Но всё равно, знаешь, небольшой кайф тут болтаться... Эй, глянь, это же Поттер!

- А как ты думаешь, он на самом деле...

Дальше мальчишка заговорил шёпотом, но Гарри прекрасно понял, о чём тот спрашивает своего приятеля. «Не оборачивайся. НЕ ОБОРАЧИВАЙСЯ! ТЫ ИХ НЕ СЛЫШИШЬ!» Гарри прикрыл глаза и усиленно продолжил считать.

- Потрясающее шоу, Поттер, - горячо шепнул Гарри в ухо знакомый до жути голос.

Гарри вздрогнул и сбился со счёта. Малфой. Этого ему сейчас не ещё хватало.

- Знаешь, я только не совсем понимаю... Чего же ты вчера в поезде так ломался?

Гарри медленно повернул голову и встретился взглядом с серьёзными льдисто-серыми глазами. Драко, судя по всему, и не думал издеваться.

- Зачем ты это им рассказал?

- Я им ничего не рассказывал! - Гарри хотел отойти, но Драко немедленно обхватил его поперёк груди и притянул к себе.

- Не подходи к краю, Поттер, упадёшь.

У Гарри потемнело в глазах от близости Малфоя, и он не смог заставить себя отстраниться... Джинни и все женщины на свете были забыты в одну секунду. «Но... Ну... Здесь ведь и в самом деле очень мало места... Ведь правда?»