- Кто вы?! - словно испуганное животное, которого ведут на бойню, завизжал убийца. - Что вам нужно?!
- Остановите карету! Вы обвиняетесь в убийстве человека.
- В каком убийстве? Вы полоумный! - завопил мужчина. - Никого я не убивал!
- Неужто? - Ристер криво усмехнулся и создал шар, в котором лежала жертва. - Ее тоже?
- Разве ж это человек? - мужчина вытаращил глаза. - И ради этого вы на меня набросились?! Она ведь раба. Моя собственность. Что хочу, то и делаю.
- Раба? В Риане отменено рабство.
- Это здесь-то, - проворчал "рабовладелец", начиная успокаиваться. - В Зарии разрешено. Мне ее оттуда и доставили. Так что, выметайтесь с моей кареты!
"В Зарии рабство тоже запрещено", - про себя подумал Ристер, а вслух спросил:
- Кто ж продал вам такое сокровище?
- Да есть тут один. Правда, имечко я его подзабыл.
- Обойдемся без имени! - взгляды мужчин встретились. - Сам все узнаю.
Имя магу не понадобилось. Он и лицо, выплывшее из памяти первым, знал прекрасно.
- Но ведь это невозможно! Просто не мыслимо! - через минуту растерянно протянул маг, падая на роскошные сидения кареты. - Или возможно?
Глава 37
Свадьба... Сколько всего в этом слове. Мечта каждой девушки, порой недостижимая, лучший день на всю жизнь.
- Я его ненавижу! - тихо, чтобы не услышала Виаска, прошептала Джулин, поправляя сетку для волос, украшенную иламами.
- Тогда откажись. Расскажи все отцу, - также тихо предложила я.
- Что рассказать-то? - Джулин коротко хохотнула. - Что я его ненавижу. Что он само зло, которое до сих пор ходит по земле только лишь из-за странного попустительства Духов?
- Может из-за благосклонности Демонов? - предположила я, одергивая лиф платья подруги.
Как ни странно, но Джулин давно стала моей подругой. Сказал бы мне это кто-то с полгода назад, я рассмеялась бы в лицо. Причем, совершенно искренне. А сейчас...
- Это многое меняет! - фыркнула графиня. - Да только я заикнусь о подобном, меня отец сам придушит!
- За что? Что-нибудь случилось? - из соседней комнаты выглянуло любопытное лицо Виаски. Точнее, не все лицо, а лишь маленький курносый носик с веснушками на нем, да левый голубой глаз (надо отметить, правый глаз у Виаски тоже был голубым, но сейчас он не попадал в поле нашего зрения).
- Нет, я просто продолжаю волноваться. Буду ведь вспоминать об этом дне всю свою жизнь. Вот и хочу, чтобы все было идеально, - ответила Джулин, бросив на меня предостерегающий взгляд.
Как Джулин скрывала от большинства свои чувства к Ристеру, так сейчас скрывала свои чувства к Анри. Но я даже не пыталась поколебать ее решение. Это ведь была ее жизнь, и только графиня могла решать, что с ней делать.
- Я тебе даже немного завидую, - Виаска снова исчезла с нашего поля зрения. До нас доносился только ее высокий (на мой взгляд, даже чересчур) голос. - До моей-то свадьбы еще долго. Папа все никак не может решить вопрос о моем приданом. Вот и мучаюсь. А ведь могла бы уже год, как выйти замуж!
- Сочувствую, - насмешливо протянула Джулин, не сумев скрыть свое истинное отношения к этому бракосочетанию, затем исправилась. Ее, внезапно прорезавшийся, веселый голос удивил даже меня. - Но, надеюсь, когда этот день настанет, ты пригласишь меня подружкой невесты?
- Конечно! Ты же про меня не забыла!
Джулин еще раз поглядела в зеркало, горделиво выпрямила спину и по-королевски улыбнулась, тряхнула сережками, одаривая комнату веселым звоном и схватилась за мою руку.
- Ты уверена, что хочешь это сделать? - попыталась, как можно мягче, спросить я.
- Уверена... что не хочу. Но должна! И, Элен, - Джулин посмотрела на меня холодным взглядом. - Не спрашивай меня больше о таком, вообще, не напоминай, что у меня был выбор. Я приняла решение. Да и на самом деле, - ее губы затряслись. - У меня не было выбора!
Церемония шла с поистине королевским размахом. Кортеж проезжал улица за улицей, а всевозможные зеваки высунулись из окон домов, чтобы поглазеть на это. Бедняки, да всякие предприимчивые людишки тоже не оставили свадьбу без присмотра. Карета ведь неслась, осыпая улицу за спиной не только лепестками роз, но и мелкими монетами, порой мелькало даже серебро.
Правда, так делали только люди Риани. Войские отделывались одними лепестками. Да и с теми порой халтурили.
К храму Митоски - понятное дело, самому роскошному в городе, кареты приехали одновременно. Войский с улыбкой кивнул Риани.
- Брак-то значит будет удачным!
- А разве могло быть иначе? - не дожидаясь ответа будущего свекра, Риани подошел к карете и подал руку дочери - что поделаешь, традиция. Граф должен был делать все точно по обычаям, не давая никому понять, какие чувства его обуревают.
За почти год, который аристократ не видел "дочь", ненависть к ней не прошла, скорее, увеличилась. Граф по минутам считал время, когда избавится от нее навсегда. А нет-нет, что-то вновь кололо в сердце, заставляя думать, будто долгожданный миг никогда не наступит.
