Из задумчивости меня вывела открывшаяся дверь в смежную комнату. В образовавшемся проёме показалась голова Жака, и как только он понял, что я уже не сплю, просочился в мою спальню целиком. Потянувшись и удобно сев в кровати, я приготовилась к серьёзному разговору, уж очень напряжённо он меня рассматривал. Утро вечера мудренее, вот видимо на свежую голову он задался вопросом, на кой черт я ему нужна. Эх, надо было вчера с ним трудовой договор заключить с пунктом о неустойки.
Пробежав по мне глазами, особо заострив внимание на моих руках с наскальной живописью и маленьких, но очень изящных серёжках с аметистами (подарок родителей на совершеннолетие).
— Кто ты? — от его вопроса я вздрогнула, слишком углубилась в свои мысли.
— Лиза Сорокина, — честно ответила я, если врёшь, то можно легко запутаться, а если учесть что мне придётся иметь дело со страдающим провалами в памяти, то отвечать на одни и те же вопросы придётся часто.
— Я не спросил, как тебя зовут? Я спросил, кто ты? — и пристально так рассматривает, ага, ждёт, когда врать начну. А вот фиг тебе.
— Студентка сельскохозяйственного института, факультет агрономии, пролётом из будущего. Хочешь, верь, хочешь, нет. Знаю, что звучит бредово, только хоть убей, сама не смогу объяснить, как так вышло, — выпалила я на одном дыхании, сам хотел ответов, пусть теперь переваривает.
К моему удивлению он расслабился и даже улыбнулся мне. Ещё раз пробежался по мне взглядом, только на этот раз с таким выражением на лице, как будто я диво — дивное и чудо — чудное, хотя почему «как будто»?
— Знаешь… — начал он, присаживаясь на край моей постели.
«Вот сейчас и узнаю» — пронеслось у меня в голове.
— Расскажи ты нам все это ещё вчера, сдал бы тебя в Бедлам.
«Рассказал бы МНЕ это кто-то ещё вчера, сама бы сдалась».
— Но у нас с Полем было время все обдумать и обсудить.
«И когда только успевают?»
— Твоё появление посреди запертой спальни, должно было нас сразу насторожить, но события развивались так стремительно, что в тот момент некогда было думать об этом.
«Да мне собственно тоже рейд в чужую спальню в новинку».
— В общем, вот, — протянул он мне мои вещи. — Это многое объяснило и убедило больше, чем любые слова.
В моих руках оказались джинсы, ну да такое они наверняка ещё не видели, белая майка с надписью «Сочи 2014» и книга с оттиском на первой странице «Москва 2012 год», может читать они по-русски и не умеют, но цифры они и в Африке цифры. Я вздохнула с облегчением, врать не хотелось изначально, но и рассказать все как есть, я откровенно боялась. Ещё вчера решила, что буду молчать как рыба, мол, это моё личное дело и рассказывать ничего о себе не буду. А сейчас просто радовалась, что не нужно будет скрываться и бояться оговориться или ещё что-то в этом роде.
— Просто посмотрели на мои вещи и решили, что такое возможно? Вы не подумайте, я рада, что вы мне верите, просто сама бы приняла это за розыгрыш, — поделилась я с ним своими сомнениями.
— У меня была бабушка, очень мудрая женщина, к которой я прислушивался больше чем к кому-либо. Так вот она говорила, что нужно верить очевидным вещам, даже если они кажутся тебе невероятными.
— А моя бабушка говорила, что когда кажется, креститься надо.
Мы смеялись долго, с облегчением, с надеждой, что все не зря, с верой, что судьба знает, что делает с нами.
— Поднимайся, помогу тебе одеться, а то нас Поль заждался уже, — подал мне руку Жак.
— Так и скажи, что его любопытство уже доедает, — улыбнулась я, хватая первое попавшееся платье.
Жак помог зашнуровать корсет и натянуть длиннющую юбку.
— Тебе нужна горничная, — вдруг заявил он. — Выберешь себе служанку, не можем же мы с Полем тебя сами каждый раз одевать, а одна ты с этими нарядами не справишься. Вон, по дому с десяток без дела слоняются.
— Нет, — почти выкрикнула я.
— Почему нет? — кажется, я его своим не желанием иметь помощницу сильно удивила, — А кто тебя причёсывать будет, ванну готовить, за платьями ухаживать?
— То, что мне нужна будет помощь, я и так понимаю. Я имела в виду, что не хочу, чтобы это был кто-то из уже работающих на тебя людей.
— Почему, — насторожился он.
— Почему? Я что тебе должна очевидное объяснять? Неужели ты вчера никаких выводов не сделал? — упиревшись в его непонимающий взгляд решила, что все же объяснять очевидное придётся.
— Вчера графиня Калю явилась за своим мужем, точно уверенная, что не только застанет его здесь, но и в том, что застанет его в нужный момент. По-твоему почему?
— Проследила за ним? — предположил он.
— Конечно, могла, но тогда откуда свидетели? Неужели ты думаешь, что маркиз Лебрен и прэтр Дуранд стали бы втихаря в полумраке вечера красться за ничего неподозревающим графом и выжидать в кустах под окнами момента, когда вы с Полем уединитесь в спальне.
По посуровевшему лицу стало понятно, что маркиз в полной мере осознал, к чему я клоню.
— Вот-вот, Люси действовала наверняка, — озвучила я вслух наши общие мысли. — У тебя в доме крыса, дятел, предатель, осведомитель графини, словом называй, как хочешь, а суть одна. Но могу тебя обрадовать тем, что появился он недавно.