Вся дорога и поля вокруг покрыты белым снегом, до самого горизонта, который сразу переходит в такое же белое небо. Небо скорее светло серое, но там где должен быть горизонт краски сливаются, из-за чего его не видно, и, кажется, что вдали дорога уходит в небо. Смотрится это странно и не привычно, поэтому глаза так и смотрят вдаль, пытаясь разглядеть край неба и земли. Ничего не выходит, только глаза начинают слезиться, но я все продолжаю смотреть, кутаясь в теплую кадарскую куртку. Почему-то никак не могу уйти, хотя ноги уже начинают немного замерзать. И пальцы на руках тоже. Но глазами я там, на краю неба и земли, хоть и не вижу их.
Глаза слезятся от количества белого цвета и напряжения, а может быть, это именно слезы текут. Да нет, я ведь уже не плачу. Досмотрелась вот до черных точек перед глазами. Моргнув несколько раз, снова посмотрела вперед. Почему-то точки от этого стали еще больше. Повторила еще раз. И вот это уже не точки, а всадники, скачущие с неба по дороге, что свадебной лентой струится передо мной.
Всадники? Черные всадники? Сердце как будто оттаяло и забилось оживая. Нет, мне это кажется. Не может быть. Я закрыла глаза, пытаясь стряхнуть наваждение. Мне кажется все это. Открываю глаза - все-таки всадники. Мне снится это. Это просто сон. Вот только сердце бухает в груди, словно хочет вырваться на свободу, и так сильно бьется, как во сне не бывает.
Я еще не верю, просто не могу этого сделать. Но внутри меня надежда расцветает пышным цветом. Неужели...?
Я смотрю во все глаза, боясь теперь лишний раз моргнуть. Они все ближе и ближе. Почти не дышу. Кто из них? Один, два, три... Пять! Пять кадар несутся прямо на меня. Жаль лиц пока не видно. Но скоро, уже вот - вот...
Они остановились, не доехав до меня несколько шагов. Все в капюшонах, но я смотрю на одного из них. Только он притягивает мой взгляд. Да, точно он! Подъехал ближе и приподнял капюшон. Он! Хмурит брови как обычно.
Мое сердце почти остановилось, по спине побежали капельки пота, а по рукам мурашки. Как тогда, когда я увидела его в первый раз через витрину лавки. И как в тот день всего этого оказалось слишком много для меня. Я проваливалась во тьму.
Я медленно выныривала из мрака. Сначала вернулся слух и тут же уловил храп лошадей и мерный стук сердца. Затем появились запахи - свежий, морозный и терпкий, мужской, знакомый. Попытавшись открыть глаза, тут же их закрыла, поморщившись от ударившей яркости белого снега.
Он рядом! Повернулась вправо и уткнулась носом ему в плечо. Это даже больше того, о чем мечтала. Так тепло и уютно. Так хорошо.
Медленно открыла глаза и огляделась, стараясь не шевелиться и не разрушить этот волшебный момент. Мы верхом на лошадях подъезжали к моему домику. Нет, не надо! Просто забери меня отсюда! - мысленно упрашиваю я своего вождя.
Я поворачиваю к нему голову и пытаюсь заглянуть в его глаза. Он замечает это, и я тут же чувствую, как, не замеченная мной ранее, рука Сандара крепче сжимает мою талию. Резкое движение другой рукой и наш конь несется мимо домика в сторону леса, оставляя позади четверых кадаров и удивленную Саярсу, застывшую статуей на крыльце. Остановились уже возле кромки леса, и Сандар, бросив поводья, освободившейся рукой обхватил мое лицо.
- Анита, - простонал он и прижался ко мне губами, покрывая мое лицо нежными и горячими поцелуями. - Анита...
Снова слезы на моих глазах. Я ведь не плакала очень давно, но сейчас все внутри меня горит от счастья, и от силы своих эмоций я не могу вымолвить ни слова, и только слезами получается выразить все то, что не могу произнести. Голос словно пропал и не подчиняется мне больше.
Внезапно кадар оторвался от моего лица и напряженно посмотрел мне в глаза, снова недовольно нахмурив брови.
- Плачешь, - озвучил он, то, что увидел. - Мне все равно, Анита. Я тебя больше не отпущу. Я хотел дать тебе выбор, там, в долине, но ты им не воспользовалась. Я дал тебе свободу, ту какую мог позволить сам себе, но ты не передумала. Так и не вернулась. Больше я не повторю своих ошибок! Я больше тебя никуда и никогда не отпущу. Можешь плакать сколько тебе угодно, но больше так мучится, как весь этот месяц я не хочу. Да, это эгоистично. Да, это жестоко. И возможно ты так и не полюбишь меня, - сказал он и прижался своим лбом к моему, закрыв глаза. - Но там, в долине ты хотя бы будешь рядом. Я смогу тебя видеть и оберегать от любых опасностей и невзгод. Сам, а не при помощи своих воинов. Ты просто будешь рядом. Плачь, Анита! Потому что сюда ты больше не вернешься. Я слишком люблю тебя, чтобы оставить тебя одну, где бы то ни было.
Любит? Любит! Я так и не смогла пока ничего сказать. Горло сковало так, что даже шепот вряд ли получился бы. Вместо слов я просунула руки к нему под куртку и обняла, так крепко, как смогла, и отцепить меня сейчас от него не смог бы никто на свете.
Он приехал за мной. Мой вождь приехал, чтобы забрать меня и не отпускать. Могу ли я быть счастливее?