- Спасибо! - буркнула я Уршену, имея в виду и еду и слова в мой адрес. И опустив взгляд, стала молча есть.
Кадар постоял возле меня несколько мгновений и отошел со словами:
- Я попозже за миской подойду.
Поев, сидела и просто отдыхала, понимая, что скоро опять окажусь на лошади, а у меня спина и все что ниже до сих пор не перестали ныть. Поэтому, вытянув ноги под длинной юбкой, попыталась расслабиться.
Подошедший Уршен, мило улыбнулся мне, забрал чашку и снова ушел.
Подумала, что надо бы все-таки спросить, зачем я им нужна. А то сами они не особо распространяются на эту тему. И почему я сразу не спросила? Наверное, потому, что мне просто страшно услышать ответ...
- ...сам же говоришь, что раздражает, - услышала я голос Уршена, - так почему ей нельзя поехать со мной?
Повернула голову в сторону звука и увидела неподалеку двух кадаров о чем-то спорящих между собой.
- Я сказал, нет! Она поедет со мной! - зло выкрикнул Сандар.
- Но почему? К чему это упрямство? Я не понимаю!
- Ты видимо забыл, по какой причине она едет с нами. Напомнить?
- Не нужно. Я прекрасно помню, что именно из-за твоего не сдержанного языка мы должны отдать девушку, - с сарказмом проговорил Уршен.
- Все так, поэтому и за ее сохранность до конца пути буду отвечать я, - уже тише закончил Сандар.
Как будто только теперь вспомнив о том, что я могу их слышать, он повернул голову в мою сторону и замер глядя на меня. Затем и Уршен тоже повернулся. Они с каким-то удивлением ждали от меня реакции на свои слова, уже понимая, что я все слышала.
А я так и сидела, не отводя взгляда и пытаясь думать о чем-то другом, больно прикусив щеку. Лишь бы не заплакать, лишь бы не заплакать.... Хотя слезы уже скапливались в уголках глаз.
Первым очнулся Сандар. Нахмурился и отошел к лошадям пристегивать сумки к седлу.
Уршен пытался мне улыбнуться, но видимо понял, как это выглядит со стороны, поэтому просто отвернулся.
Не смей плакать, не смей. Поплачешь ночью, тогда никто не увидит, - уговаривала я саму себя.
Да и чего теперь плакать, сразу же было ясно, что не для развлекательной прогулки меня увезли. Просто сейчас все стало понятно окончательно. Они хотят меня кому-то отдать и, судя по их лицам, там мне хорошо не будет.
- Пойдем, нам пора ехать, - возле меня стоял Сандар. Я оглянулась и увидела, что все собираются. Тушат костер, укладывают что-то в сумки, седлают лошадей.
Я опять посмотрела на Сандара. Жесткое лицо, лишенное сейчас эмоций, изогнутые как будто в злости темные брови, темные до черноты глаза до сих пор пугающие меня, ровный нос с широкими крыльями и четко очерченные чуть полноватые губы.
Зачем я всматриваюсь? Что ищу? Он не передумает. Столько искать и отпустить... Конечно, нет!
Не дождавшись от меня реакции, взял за руку и почти рывком поднял.
- Уршен, забери ее вещи.
Тот кивнул и не глядя на меня поднял мой мешок и одеяло.
Подтащив к лошади, Сандар помог забраться мне и запрыгнул следом сам. Движение рукой и мы поехали дальше.
Глава 8
Когда-то бабушка говорила мне: - Как при твоем даре у тебя, получается, быть настолько мудрой и настолько наивной одновременно? Тебе хватает мудрости понимать все свои предсказания и видения, говорить людям то, что нужно сказать и смолчать там, где нужно смолчать и помочь человеку так, как нужно именно ему. Но при этом настолько наивна, что не будь ты провидицей, любой бы тебя обманул. Ты в каждом человеке видишь хорошее и каждому готова дать шанс исправиться, даже тому, кто этого вовсе не заслуживает. Наверное, даже если тебя будут грабить, ты до последнего будешь оправдывать вора и перечислишь кучу его положительных качеств. Ах, да! А напоследок сделаешь ему предсказание как лучше потратить деньги и где лучше спрятаться, - смеялась надо мной Тасьяна.
Наверное, все так и есть. Не уверена на счет мудрости, но наивна это точно. В любой ситуации хочу верить в лучшее.
Вот и сейчас не хочется думать о плохом. Все совсем не так и ужасно. Меня накормили, не бьют, я здорова и самое главное жива, - пыталась я себя успокоить и не дать пролиться слезам.
Мы ехали уже полдня. Сандар со мной не разговаривал, впрочем, как и я с ним. Уршен периодически подъезжал к нам и пытался заговорить со мной, дружелюбно улыбаясь. Но мне не хотелось ни с кем общаться, и я не отвечала ему. Последний час он не предпринимал больше попыток развеселить меня, после того как Сандар прикрикнул на него, чтобы тот отстал. Мне даже стало его жалко, человек так старается. Остальные члены отряда вообще особо не обращали на меня внимания, видимо четко выполняя приказы главного. А кто здесь главный и так понятно.