Саярса дернула меня за руку, и мы пошли в сторону постамента. Толпа пропустила нас, и мы оказались в первых рядах. Так мы и стояли молча достаточно продолжительное время, пока желающие проститься все прибывали. Когда наконец-то все собрались, мгновенно, словно по приказу замолчали и замерли. Из толпы окружающей постамент вышла крупная серая фигура с горящим факелом и опустилась на колени возле ног Кираша. Человек замер на несколько мгновений, а затем положил горящий факел на край постамента, так, что огонь еле касался основания деревянного ложа. Там не менее, от легкого касания огня дерево загорелось, и огонь побежал по самому краю, обвивая тонкой струйкой каркас ложа. Человек встал с колен и, постояв так несколько секунд, вернулся в толпу.
Вдруг в полной тишине, разбавленной лишь треском горящего дерева, зазвучали голоса, мужские и женские. Я вздрогнула от неожиданности и через мгновение почувствовала, как к моей руке прикоснулись чьи-то пальцы. Они переплелись с моими, крепко прижимая наши ладони друг к другу. Испугавшись вначале, сейчас расслабилась и успокоилась. Это Сандар, я чувствую, знаю, хотя и не вижу его лица из-за низко надвинутого капюшона. Да больше никто и не стал бы этого делать. Я улыбнулась. Только сейчас поняла, насколько я скучала по нему, хотя не видела только один день. Одно его касание и я чувствую себя словно под защитой целого мира и так спокойно и легко на душе.
А голоса все продолжали петь эту странную песню. Песню без слов. И была в этой протяжной прощальной песне какая-то особенная красота, которая не оставляла не единой мысли в голове, лишь легкую грусть на сердце. Грусть от того, что вместе с дымом в это серое небо улетает душа, ветер разносит пепел над нашими головами и от того, что каждый из нас когда-нибудь, в свое время последует за этой душой, отрекая и забывая все горести и тяготы этой жизни.
У кадар есть верование, что после сожжения тела, нужно позволить ветру унести пепел со скалы и тогда душа поможет ветру донести свои останки туда, где ей хотелось бы найти им пристанище. Пепел разносится множеством маленьких частей на большие расстояния, а оседая, впитывается в землю вместе с дождем. Таким образом, родные умершего кадара могут общаться с его душой в любом месте долины, так как в каждом метре земли есть его частичка.
Песнь закончилась и, постояв в полной тишине еще несколько минут, пока не догорит огонь, кадары медленным ручейком стали уходить с уступа. Ветер должен сделать свою работу и унести пепел, и только через три дня сюда могут прийти родственники, чтобы убедиться, что весь пепел улетел.
Сандар продолжал держать меня за руку весь путь до лошадей, оставленных возле уступа. Я давно потеряла Саярсу в толпе и сейчас думала, как же мне ее найти. Но тут Сандар просто посадил меня на своего коня и сам сел следом. Мое сердце пело от счастья. Весь путь до дома я буду так близко к нему. Не хочу расставаться с ним ни на минуту, хотя бы все то время, которое я проведу в долине до своего отъезда. Конечно, я понимаю, что это не возможно. Сандар вождь и у него множество очень важных дел. Но я хотя бы немного помечтаю, именно сейчас, когда я чувствую его дыхание на своей щеке, а его руки словно обнимают меня, когда он держит поводья. И вот сейчас он положит руку мне на спину и скажет…
- Я скучал, Анита!
Неужели он действительно это сказал? Или мне так хотелось услышать эти слова, что они стали звучать в моей голове? Не поверив своим ушам, я слегка откинула капюшон и посмотрела Сандару в лицо. Его капюшон откидывал тень на верхнюю часть лица, но было хорошо видно, как сверкают его глаза и то, что смотрит он на меня.
- Я тоже скучала по тебе! – прошептала я, не сразу осознав, что сделала это.
В ответ на это он тепло улыбнулся мне. Как же захотелось его обнять, но вокруг столько людей, что мне стало стыдно даже просто за такие мысли. И я отвернулась, чтобы скрыть стремительно краснеющие щеки.
Весь путь к дому мы молчали, как и все остальные. Некоторые сворачивали с дороги и ехали по своим делам, но большая часть кадар следовала к дому вождя, где состоится ужин памяти Кираша. Как только мы приехали, Сандар помог спуститься с лошади и потянул к входу. Но мы не успели пройти и половины пути, как я была сметена ураганом по имени Саярса.
