Я подошла к своей черной лошадке, хотя лошадкой ее можно было назвать с трудом, так как она была сильно выше меня, и как на нее буду забираться, я еще не придумала. Но не успела я даже моргнуть, как сильные руки подхватили меня и усадили в седло. Несколько секунд мне понадобилось, чтобы прийти в себя, успокоить заколотившееся сердце и переждать небольшое головокружение. Слишком неожиданными стали действия вождя.
- Спасибо, Сандар, но я предпочла бы попробовать сама взобраться в седло. В дороге не кому будет мне помогать, особенно когда наши пути с Уршеном разойдутся, - пробурчала я, нехотя признаваясь в своей беспомощности.
Сандар смотрел на меня снизу вверх с удивлением и недовольством во взгляде. Снова недоволен! Вот чем на этот раз?
- Почему некому? Весь отряд в твоем распоряжении. Они смогут обеспечить тебе безопасность, удобства, ночлег и приготовление пищи. С каждым кадаром, кто входит в твое сопровождение я разговаривал лично, и они будут головой отвечать за тебя. Так что тебе не о чем беспокоиться! – объяснил Сандар с серьезным лицом.
Я осмотрелась. Вокруг меня кроме Уршена было еще с десяток кадарских воинов. Мощных, закутанных в черные плащи с накинутыми капюшонами, верхом на этих черных чудовищах по ошибке названных лошадьми. Как я сама не догадалась, что это наше сопровождение, ведь не для прощания же они здесь собраны? Как не догадалась, что Сандар не отпустит меня без охраны?
Видя мой взгляд, полный осознания, Сандар, как мне показалось, зарычал:
- Ты что, подумала, что я отпущу тебя одну? Такого ты обо мне мнения? Ну, тогда мне не стоит удивляться, что так жаждешь уехать. Могла бы сразу сказать мне в лицо все, что думаешь обо мне! Тогда я и не настаивал бы на том, чтобы ты осталась! – почти выкрикнул Сандар и резко развернувшись, пошел прочь.
От этих несправедливых слов я замерла и не могла сказать ничего в ответ. Только открыла рот, но тут же его закрыла, так как и говорить-то уже было не кому. Сандар ушел, а я осталась сидеть на лошади плача от обиды. За что он так? Ведь это я не додумалась до очевидного, что ехать одной мне никто не позволит, хотя понятно, что это не так.
Подъехал Уршен и, посмотрев вслед Сандару и покачав головой, взял под уздцы мою лошадь.
- Нам нужно выезжать! Мы и так уже задержались, - сказал Уршен и, дождавшись моего кивка, повел мою лошадку к отряду.
Кадарские воины встретили меня отстраненно, не показывая никаких эмоций, лишь некоторые из них ободряюще улыбнулись, прежде чем отправиться в путь.
Я часто оборачивалась, в глубине души надеясь увидеть Сандара. Надеялась, что он все же захочет меня задержать, догнать, остановить. Но… это лишь мои мечты, которым не суждено сбыться. И мы все отдалялись, и отдалялись от дома, в котором я как будто оставила часть себя. Оставила что-то очень важное, без чего становиться тяжело, дышать, без чего неполной становиться жизнь. Что-то, что тянет обратно и весь дальнейший путь кажется непреодолимым и бессмысленным. Без чего счастье невозможно.
Но пусть хотя бы он будет счастлив. Он это заслужил, за все эти годы, которые ожидал исполнения предсказания. Тем более что это ему предначертано.
Перед глазами всплыли строчки, которые я написала собственной рукой на листе бумаги: «Пройдут годы, и будущий вождь повзрослеет и возмужает, он обменяет свой народ и свои земли на жизнь женщины и будет стоять на коленях, но сделав выбор, останется вождем. Вот только счастье к нему придет вместе с величием, а величие вместе со счастьем. Еще один выбор, но самый важный!»
Прощай, Сандар! Будь счастлив!
Проезжая дома, встречая на пути редких кадар, оглядываясь на готовящуюся ко сну природу я не могла перестать думать. Казалось бы, окружавшее меня спокойствие и тишина морозного утра должны успокаивать, но на самом деле будоражили еще больше. Взглядом я цеплялась за каждую мелочь способную напомнить мне о времени проведенном в долине. Вот здесь Сандар сказал, что не выпустит из долины. А вон там целовал меня так, что я позабыла обо всем на свете. И сколько еще таких моментов будет по пути, которые напомнят о каждой секунде проведенной рядом с любимым кадаром. Похоже, дорога домой будет долгой и сложной. Для меня уж точно.
Уршен ненадолго остановил отряд на скальной площадке, перед тем как зайти в переход между кадарской долиной и Вележем. Подведя коня почти к самому краю, он посмотрел вниз, и я вспомнила, как сама стояла здесь, когда только приехала.
- Как странно все повернулось, - заговорил со мной Уршен. – Мы оба бежим отсюда. Но разница в том, что мне это нужно, чтобы забыть. А вот тебе зачем?
Я подвела свою лошадь ближе и тоже посмотрела вдаль.
- И мне, чтобы забыть! – после недолгого молчания ответила я.
- Да, но нужно ли тебе это?
- У меня создается впечатление, что ты хочешь сказать мне что-то, но не знаешь как. Говори Уршен! – сказала я, не выдержав его взгляда, как будто намекающего мне, что я поступаю не правильно, уезжая отсюда.
На это кадар почему-то лишь усмехнулся:
