Едва Майкл Шейн — уже без галстука и с расстегнутым воротничком рубашки — опустился в мягкое кресло, намереваясь завершить вечер традиционной рюмочкой коньяка, как раздался телефонный звонок.
Перед тем, как ответить, он немного помедлил, сжав рюмку крепкими узловатыми пальцами, не спеша поднес ее ко рту, сделал большой глоток, раздраженно взъерошил свои непокорные рыжие волосы и только тогда буркнул в трубку:
— Алло.
Голос его секретарши Люси Гамильтон — обычно живой и энергичный — на этот раз звучал встревоженно.
— Майкл, ты еще не спишь?
— Почти. Вот допью и…
— Быстро допивай, — не дала ему договорить Люси, — и приезжай сюда. Я — в «Босвик-армс» — это угловое здание напротив моего дома.
Шейн еще раз отхлебнул коньяка и поставил рюмку на столик.
— Да что стряслось, ангел мой?
— Я — в четыреста четырнадцатом номере у миссис Грот. Мы немного с ней знакомы. Дело в том, что ее муж пропал, и она очень переживает. Майкл, мне кажется, тебе нужно приехать и самому с ней поговорить.
— Грот? — нахмурившись, переспросил Шейн. — А я его знаю? Вроде бы что-то знакомое…
— Ты, должно быть, читал о нем в газетах. Майкл, приезжай немедленно.
По ее голосу Шейн понял, что дело действительно серьезное, и вздохнул.
— Буду минут через пятнадцать.
Детектив положил трубку и сердито уставился на нее, пытаясь вспомнить, что он мог читать в газетах о мистере Гроте. Он был уверен, что слышал это имя, вот только где?
Через пять минут Шейн уже выезжал на своей машине из гаража отеля, а еще через пять — сворачивал на боковую улочку, на которой жила Люси.
В глубине небольшого ярко освещенного вестибюля за конторкой лицом к коммутатору сидела немолодая седеющая женщина. Она даже не оглянулась на Шейна, когда он уверенно прошагал мимо нее к лифту. Через несколько секунд Шейн оказался в застеленном коврами холле, из которого в разные стороны вели два длинных коридора. В начале каждого на стене висели таблички с указателями номеров квартир. Скромное, но солидное здание, все продумано до мелочей, подумал Шейн, направляясь к квартире 414. Это приятное впечатление только усилилось, когда на его звонок дверь открыла Люси и провела его в большую, со вкусом обставленную гостиную, пол которой от стены до стены покрывал пушистый серый ковер. В углу стояла софа и обитые к ней в тон стулья с высокими спинками — в общем-то, стандартная, безликая обстановка, скрашиваемая лишь ощущавшейся атмосферой спокойствия и дружелюбия.
Люси была одета в ту же светло-коричневую блузку и темную юбку, в которой Шейн видел ее днем в конторе, только каштановые кудри были слегка взъерошены, а на лице уже не было никакой косметики. Она порывисто положила руку Шейну на плечо.
— Спасибо, Майкл, что сразу же пришел. — Люси обернулась к невысокой женщине средних лет, стоявшей позади нее. — Миссис Грот, это Майкл Шейн. Она знает, что я у тебя работаю, Майкл, и часа полтора назад, когда начала беспокоиться о своем муже, позвонила мне и попросила совета, что же делать.
— Я просила мисс Гамильтон не беспокоить вас, мистер Шейн, — начала миссис Грот, нервно переплетая пухлые пальцы. — Мне известно, насколько вы занятой человек. Но она настаивала…
— Конечно, это я настояла, — мягко перебила ее Люси.
Они прошли в глубь гостиной, и с кресла у противоположной стены поднялся молодой человек. У него были широкие плечи и квадратное лицо. Молодой человек улыбнулся, и за полноватыми губами блеснул ряд ровных белых зубов. Тем не менее его серые глаза под кустистыми черными бровями, словно вытянутыми в прямую линию, оставались угрюмыми, и у детектива внезапно возникло ощущение, что, во-первых, этот человек сконфужен, а, во-вторых, не испытывает ни малейшего восторга от его появления. Его недорогой серый костюм явно был куплен совсем недавно и слегка жал в плечах, коротковатые рукава пиджака приоткрывали костистые запястья крупных рук с толстыми тяжелыми пальцами. Светлые кожаные туфли и накрахмаленный воротничок белой рубашки тоже производили впечатление «только-что-из-магазина». Его густые черные волосы были подстрижены «под ёжик» от силы дня два назад, что было заметно по узкой светлой полоске на загорелой шее.
— Это мистер Каннингем, — представила его миссис Грот, и в тот же момент в голове Шейна что-то щелкнуло, и все сразу встало на свои места.
Он подошел к молодому человеку и протянул ему руку.
— Теперь я все вспомнил. Вы и Джаспер Грот были единственными уцелевшими членами экипажа самолета, потерпевшего крушение над морем пару недель назад.
— Все правильно, — опустив глаза, пробормотал Каннингем. — Я был стюардом, а мистер Грот — вторым пилотом. — Он быстро пожал Шейну руку и тут же отпустил ее.
— Вам, должно быть, пришлось несладко, — заметил Шейн. — И все это время вы проболтались на плоту в открытом море?
— Все девять суток, пока нас не подобрали. — Каннингем с угрюмым видом отступил назад и снова уселся в кресло.
Шейн сел рядом с Люси на софу и достал из кармана пачку сигарет.
