Представь себе, что на планете осталось 10 % населения. Представь, что больше не нужно конкурировать, заниматься тем, что тебе не нравится. Представь, что теперь ты можешь просто жить, творить, а люди вокруг будут рады тебе помочь и поддержать. Не комфортно? Так и герой этого рассказа, после жизни в мире 2000-х и 2010-х не может понять, неужели можно расслабиться и просто жить.
Ещё пять лет назад города процветали, компании расширялись. Всё произошло так быстро. Я тогда учился в школе, как и большинство, планировал своё будущее. Выбирал в какой университет лучше поступить. Учиться в ближайшем студенческом городке или уехать в Москву? «Там больше возможностей» — говорила мама. В итоге мы с моей старшей сестрой решили, что лучше уехать в столицу. Сначала отучиться, поработать чуток, а потом открыть своё дело. Работать на чужого дядю легче, но так приличных денег не заработать.
На самом деле после года учебы мне захотелось всё бросить и уехать путешествовать. Но нет, «надо доучиться, — убеждал я себя, — без образования не получить приличную работу».
Уже в момент выпуска из школы начала появляться информация, что в мире появился какой-то вирус. Хотя врачи не могут его обнаружить, но люди умирали и с каждой неделей количество скончавшихся увеличивалось. Без криков, боли. Просто падали и больше не вставали. Всякие эзотерики кричали, что «это земля повышает свои вибрации и если человек застрял в прошлом и шаблонно мыслит, то планета его отторгает, как тупиковую ветвь эволюции» или «раковую клетку» что ли. Так это или нет, но 70 % наших преподавателей и 50 % учеников «исчезло». Люди не успевали хоронить своих знакомых. Я всё ждал, когда настанет мой черед.
Мать ушла в первый год, когда началась вся эта история с невидимым вирусом. Она больше всех знала, про ситуацию в мире и пересказывала, что выяснили учёные. Хотя они до сих пор ничего не выяснили. Она мне говорила «сынок будь как все, не лезь на рожон», когда я захотел пойти на спортивные танцы. Понимаю, она заботилась о моей безопасности. Парни в классе, конечно, бить меня не собирались, но прозвищ понапридумывали… Шутили, что я гей, хотя сами проводили вечера занимаясь спортом с потными парнями. Эх, знали бы они…но они не знали. Я не хотел конкуренции.
Так вот моя мама была первой из тех, кого я лично знал, кого унесла эта странная болезнь. Отец был белее свободен в своих воззрениях и умер совсем недавно. Он мне рассказывал, как в молодости ездил в Европу и собирался повторить поездку вместе со мной, когда я окончу университет. Универ я уже не закончу и с отцом мы уже никуда не поедем.
Я уже не знаю, как относиться к потерям. За последним три года мой круг общения сузился до Марины — моей сестры и пары университетских друзей. Я боюсь, что в один день и их не станет. Или меня.
После того как университет остался без 90 % преподавателей, приняли решение «на время» прекратить работу. И вот я иду домой по пустынному городу. Раньше каждая улица Москвы была оживленной. Сейчас по дороге раз в пять минут проезжает машина, может две, но не больше.
Вы бы видели, во что превратилась столица. Пустынный город. Многие дома снесли и городской пейзаж выглядит как челюсть старенькой соседки, то тут, то там возвышается дом, а между — груда камней. За последний год экоактивисты уничтожили большинство электростанций и мы теперь живём на солнечной энергии, чтобы восстановить природу. Хорошо хоть, интернет оставили.
Я спустился в метро, как всегда, боясь, что водитель не довезёт меня, а умрёт прямо за рулём и я останусь под землей. Навечно.
«Что теперь делать?» — размышлял я. Школы, университеты закрываются, большие организации тоже. Всё то будущее, которое я себе построил в голове, больше не имело смысла. Мимо прошла семья: мужчина, женщина и пятилетний ребенок. Девочка, радовалась, что папа больше не будет ходить на работу, с которой «приходил злым».
С приходом этой загадочной болезни, в нашем существовании появилась цель: проводить каждое мгновение с дорогими людьми, потому что ты не знаешь, кто и когда исчезнет из твоей жизни.
Только у меня не было такого смысла. Моя девушка, год назад бросила университет и уехала путешествовать. Зря я тогда не поехал с ней. Сейчас она живёт у океана и сажает водоросли, которые очищают воды.
Вспомнив Риту, я понял, что теперь-то мне точно ничего не мешает отправиться в путешествие. Я набрал Игоря и Андрея. Они были «за». Поезда ездят редко, самолёты ещё реже. Я позвонил сестре, потому что машина была только у неё.
Машина сломалась где-то в поле в Белоруссии. Пришлось идти пешком и искать попутки. Мы думали, что границы работают как раньше, но и они ушли в прошлое. Никто нас не проверял, только по карте мы поняли, что пересекаем границу одного государства и входим в другое. Не удивлюсь, что через пару лет, все забудут названия стран. Политики покинули мир ещё в 2023 году, так что больше никому нет дела до отделения одних людей от других.
