История любви медсестры и повара. Однажды повар после очередных поминок растрогался и пожалел бездомную собаку, дал ей кусок мяса. Но неблагодарная тварь укусила повара. В поликлинике медсестра сделала повару укол, и вместе с этим уколом в его кровь вошла любовь к медсестре. Взаимоотношения между парой напоминают анекдот: «Врач говорит медсестре: "Если я не ошибаюсь, кажется, я поручил вам взять кровь у пациента из шестой палаты?" – "Да, доктор, я взяла, – отвечает медсестра. – Ее ровно 5,2 литра"»… Герои вспоминают прожитую жизнь – как становится ясно в финале, – она с того света, а он из тюрьмы.
Мужчина – худой, высокий, почти лысый (оставшимися волосами он, как косынкой, накрывает лысину). Ему 40 лет.
Женщина – ей 35, худая, высокая (может быть, даже выше мужчины) блондинка.
Женщина. Кошмар! Что делается!
Мужчина
Женщина
Мужчина. Каждый день красных следов становилось все больше и больше. Официант Коля предложил поставить около портрета капкан или липучку: «У меня в этом деле большой опыт». Из гуманных соображений поставили капкан. Чтобы не мучилась.
Женщина. Я попалась… Я была совсем юной крысой, светло-серенькой, ничего не понимала в жизни и потеряла инстинкт самосохранения… Капкан перебил мне позвоночник – между четвертым и пятым позвонками, я и заплакать не успела… Коля отнес меня на свалку… А помнишь, как ты прятал глаза, когда меня выносили из кухни? Но все-таки мы встретились взглядами.
Мужчина. Я подумал: «Она, наверное, самка». Хотя и не был в этом уверен… Но сердце защемило. Я и рыбам живот тогда не сразу вспарывал. Сначала десять раз подумаю. Я ж почему и не стал шеф-поваром? Потому что рыб тогда мне было жалко. Для повара это плохое качество, а для шеф-повара – профнепригодность… Это все, конечно, шутка… Потом мы и другие анекдоты расскажем. А сейчас вот что… Значит так, записывайте, чтобы не говорили, что зря сходили на представление. Чтобы хоть какая-то польза была… Баранью грудинку, примерно полкило, расчлените на куски. Примерно на 20 кусков или чуть больше. Можно взять мякоть задней ноги. Подготовленное мясо посыпьте солью и перцем. Обжарьте на сильном огне. Положите мясо в глубокую кастрюльку, залейте горячей водой. Можете добавить зажаренных на бараньем жиру помидоров. Но это на любителя. Я не люблю с томатом. Когда вода с мясом закипит, бросьте в кастрюльку промытый рис, мелко нарезанный лук и лавровый лист. И варите, пока вся вода не впитается рисом. Потом закройте посуду крышкой и поставьте в духовку на 40–45 минут. И все! Плов готов.
Женщина. Не знаю, а я, сколько не пробовала, ничего не получается. То рис переваренный, то мясо жесткое. Если еще со свининой… Свинина мягче…
Мужчина. Это потому что ты в духовку не ставишь. А надо ставить.
Женщина. Может быть. Я не люблю готовить, если честно. У тебя, мой дорогой, лучше все получается. Если бы я умела готовить, то я бы не стояла сейчас на этой сцене. Перед этими людьми. Которые пришли немного поднять себе настроение. Правда ведь? Да, блядь?
Мужчина. Ну зачем же так грубо, дорогая?
Женщина. Ничего не грубо… Я заметила, что слово «блядь» вызывает улыбку. Даже смех. Повтори «блядь» десять раз и все уписаются от смеха.
Мужчина. Пока никто не уписался, мы начинаем! Музыка!
Женщина. Итак, Александр! Это был примерно такой мужчина. Как этот. Только моложе на несколько лет. Тогда же ты был моложе. Представим, как он сидит у себя на кухне и готовит плов.
Мужчина. Вот я выглядываю в окно раздачи. Чтобы оценить ситуацию – что же там в кафе происходит. Окно похоже на гильотину. Дверца поднимается вверх. Иногда она падает на шею повара, но повара – очень любопытные натуры. Они все равно суют свои головы в окошко раздачи.
Женщина. Он работал в кафе на первом этаже четырехэтажного дома, где я на тот момент и проживала. Проживала довольно долго – лет десять.
Мужчина. Помню, однажды умер Николай Петрович. Не тот, который официант, другой. Тезка. Официант до сих пор жив.
Женщина. Поминали пловом?
