Коксортал был всегда — любой торговец поклянется в этом своей гильдейской клятвой. Чтобы узнать это, не нужно вести раскопки в грязи сезонов дождей или в пыли сезонов засухи памятники прошлого, многие из которых давным-давно превратились в пыль. Расползающийся город стоял на собственном прошлом, над морскими гаванями, над речными причалами, поднялся высоко над собственным началом, так как люди без устали строили на развалинах чужих домов и складов, добавляя свой вес к этой игре, где прошлое выравнивало своих предков. Город был уже безмерно стар, когда появились впервые островерхие корабли купцов со звезд, нанизывающие мир за миром в своих торговых странствиях. Коксортал был стар, но не умирал. Его граждане стали невероятной смесью рас, а иной раз и видов, давая мутации и новые формы жизни, появившиеся из старых. Коксорталу с давних пор благоприятствовал тот факт, что он появился на месте встречи реки Кокс, тащившей через весь континент суда и плоты с Западного моря, с этим самым морем. Гавань была безопасной даже в самые худшие холода сырого сезона, к ее природной защите добавлялась изобретательность многих поколений людей, знавших все опасности моря и ветра, мороза и нападений рейдеров.
Еще больше помогло городу, что звездные люди стали искать не только торговлю, но и открытый порт, где те, кто имел товары не вполне соответствующие точной законной инспекции, могли свободно продавать и покупать, если платили соответсвующий налог Гильдии города. Теперь уже десятки двойных сезонов ракетные двигатели опаляли равнину за городом, и никто больше не удивлялся, видя чужака на кривых улицах, представляющих иной раз смертельный лабиринт для непосвященных.
А было это потому, что там, где есть торговцы и их богатства, там есть также и хищники. У них тоже была своя Гильдия и положение в иерархии Коксортала, основанное на древнем убеждении, что если человек не умеет беречь свое имущество, он заслуженно теряет его. Таким образом лукавые воры и честные стражники вели тайные сражения, а мирные люди Гильдии спасались от мгновенной смерти и кровавого правосудия только на тех улицах, в тех дворах и тех торговых складах, которые платили пошлину мира.
Как были воры, грабившие богачей Коксортала, так были и мелкие торговцы, жившие как вер-крысы в амбаре, в котором нет крылатого и когтистого зорсала, вылетающего ночью на охоту. Эти тоже продавали и покупали и, вероятно, мечтали о большом деле, крупной находке и наплыве иноземной торговли, которая позволила получить бы им крупный барыш.
Симса была достаточно умна, чтобы не заноситься в мечтах — по крайней мере, настолько, чтобы не замутить настоящее. Она понимала, какое низкое место она занимает в общей схеме жизни, где она была так же мала и так же проворна, как гем— лины — покрытые мехом существа, которыми пользовались любители тьмы в своих рейдах. У нее не было родственного народа, она знала, что произошла от странного смешения крови, что добавило ей еще больше различий, чем у других. Она знала также, что эта ее необычность делает ее уязвимой, и скрывала эти различия, как могла.
Она была на побегушках у Фривер до тех пор, пока туманы прибрежной поры не вцепились в кости старухи так крепко, что ее тело наконец рассталось с духом. Симса оттащила это легкое, скрюченное тело вниз к нижним ямам, и навалила на него груду камней. Фривер не имела родных, и даже жители Нор побаивались ее, потому что она знала странные вещи — и полезные, и опасные.
Сама Фривер отрицала родство с Симсой. Однако, она ни разу не ударила ребенка своим посохом: она била Симсу только своим резким колючим языком. И она заботилась о Симсе, что удивляло даже Лорда Гильдии, который знал о тех, кто живет в норах его роскошного дворца.
Жители Нор были самыми последними и низкими жителями Коксортала. Они выкапывали себе жилища в массе бывших строений, иной раз они удачно пробивались в подвал или в проход, который мог быть давно забытой улицей, заваленной сверху обрушившимися зданиями во время какого-нибудь штурма на заре времен. В Норах можно было найти вещи, годные для продажи, в особенности звездным людям, которые, похоже, испытывали извращенный интерес к черепкам, абсолютно не ценимым в Коксортале. Так что подобные находки держались в секрете. И даже среди жителей Нор бывали те, кто сильно укреплял свое жилище.