— Боюсь, что помимо большого желания, в настоящее время у меня имеются только наброски двигателя для будущего аэроплана. — не смог обрадовать его каким-либо откровением Луцкий.
— Что же, весьма рад за вас, Борис Григорьевич, и желаю всяческих успехов в данном начинании. И если вам понадобится помощь при проектировании планера, можете обращаться за советом напрямую ко мне. Не знаю, смогу ли оказать достаточную помощь, все же мы сами в настоящий момент экспериментируем с новыми планерами, в поисках наиболее оптимального решения, но непременно отвечу вам. — не смотря на слова одного из первых отечественных автопроизводителей о засилии инженеров в России, толковых людей на самом деле было не так уж и много, а потому хорошими знакомствами с подобными специалистами пренебрегать отнюдь не стоило.
— Что же, это очень щедрое предложение с вашей стороны, Алексей Михайлович. И если у меня возникнет подобная необходимость, я с превеликим удовольствием воспользуюсь им. За те три десятка лет, что я занимаюсь проектированием двигателей, автомобилей и станков, я понял одну простую вещь — все знать невозможно. Непременно нужны сведущие коллеги и помощники. О! А вот и чай! — появление секретаря с подносом прервало их начавшуюся беседу на пару минут, пока оба, отпустив Игната, не сделали пару глотков невероятно ароматного чая. Причем если Луцкий пил вприкуску с сахаром, кусочки которого заполняли сахарницу с горкой, то Алексей, выбрав кусочек поменьше, растворил его в своей чашке.
— Так выходит вкуснее. — пояснил он на удивленный взгляд хозяина кабинета. — Доказано опытным путем!
— Даже так? — усмехнулся Луцкий и последовал примеру Алексея. — А ведь действительно, неплохо!
Отдав должное чаю и слегка отогревшись Алексей поставил свою чашку на блюдечко, и дождавшись, когда собеседник сделает то же самое, продолжил прерванный разговор — Вы, наверное, задаетесь вопросом, с какой целью я посетил вас?
— Конечно. Не каждый день, знаете ли, у меня такие гости. Да и сам я все больше бываю в Германии, нежели в России. Вот, приехал на Рождество, а загляни вы летом или осенью, то точно не застали бы меня.
— В таком случае, мне невероятно повезло. — улыбнулся Алексей. — Я ведь тоже из Нижнего Новгорода нечасто выбираюсь. Прибыл в Санкт-Петербург по приглашению Инженерного ведомства и решил посетить несколько заинтересовавших меня персон и компаний.
— Инженерное ведомство? — вычленил главное Луцкий. — Надо ли понимать, что вы получили заказ на свои аэропланы от казны?
— К сожалению, пока нет. Но я очень надеюсь, что вскоре мы сможем поставить свои аэропланы воздухоплавательным войскам.
— Бог вам в помощь. — нисколько не кривя душой, пожелал ему успехов Луцкий. — К сожалению, у меня так и не вышло привнести прогресс в нашу армию. Сколько я автомобилей ни предлагал, сколько ни доказывал, что будущее именно за моторизированной армией, ничего добиться так и не удалось. Пришлось даже свернуть все автомобильное производство, чтобы не терять более деньги. Все же старые генералы все еще мыслят старыми истинами. А в них автомобилю места нет.
— Неужто, все настолько плохо? — Алексей конечно знал, что количество автомобилей в России в разы уступает таковому во Франции, Англии или Германии, однако, не мог предположить, что столь перспективное и прогрессивное производство окажется убыточным.
— Вы даже не представляете, Алексей Михайлович! Что я им только ни предлагал! Грузовики разной грузоподъемности, штабные автобусы и легковые автомобили. Даже вездеход с приводом на все колеса! Но и тот не смог пробиться через бюрократические препоны, хотя оказал хорошее впечатление на комиссию. Как мне было сказано — Ваше творение стоит двадцать пять тысяч рублей, а добрая лошадь всего сто.
— Значит, все дело именно в цене машины?
— В большинстве случаев так оно и есть. Ведь из-за нашей чудной акцизной системы, привезти автомобиль из-за границы становится едва ли не дешевле, чем купить отечественный. Чего я только ни делал для удешевления своих автомобилей! Везде где только можно ввел штамповку, спроектировал двигатель с отдельными цилиндрами, а не блоком как у прочих, разработал собственное сцепление и коробку переключения передач, чтобы не выплачивать патентные платежи Рено. Но в конечном итоге машина все равно получается никак не дешевле европейских. К тому же, свой отпечаток наложило наше вечное преклонение перед всем европейским. А ведь мои машины вот уже пять лет успешно служат и в почтовом ведомстве и в пожарных частях. Но, произведя за почти десять лет всего сотню автомобилей, я опустил руки. По всей видимости, не готов еще наш народ отойти от сохи и лопаты.
